Священник павел флоренский, биография

Павел Флоренский – биография, информация, личная жизнь

Священник Павел Флоренский, биография

Павел Александрович Флоренский. Родился 22 января 1882 года в Евлахе, Елисаветпольская губерния – умер 8 декабря 1937 года (захоронен под Ленинградом). Русский православный священник, богослов, религиозный философ, учёный, поэт.

Павел Флоренский родился 9 января в местечке Евлах Елизаветпольской губернии (ныне Азербайджан).

Отец Александр Иванович Флоренский (30.9.1850 – 22.1.1908) – русский, происходил из духовного звания; образованный культурный человек, но утративший связи с церковью, с религиозной жизнью. Работал инженером на строительстве Закавказской железной дороги.

Мать – Ольга (Саломэ) Павловна Сапарова (Сапарьян) (25.3.1859 – 1951) принадлежала к культурной семье, происходившей из древнего рода карабахских армян.

Бабушка Флоренского была из рода Паатовых (Пааташвили). Семья Флоренских, как и их армянские родственники, имели поместья в Елисаветпольской губернии, где во время волнений укрывались местные армяне, спасаясь от натиска кавказских татар. Таким образом карабахские армяне сохраняли свое наречие и особые нравы.

В семье было ещё два брата: Александр (1888-1938) – геолог, археолог, этнограф и Андрей (1899-1961) – конструктор вооружения, лауреат Сталинской премии; а также сестры: Юлия (1884-1947) – врач психиатр-логопед, Елизавета (1886-1967) – в замужестве Кониева (Кониашвили), Ольга (1892-1914) – художник-миниатюрист и Раиса (1894-1932) – художник, участник объединения «Маковец».

В 1899 году окончил 2-ю Тифлисскую гимназию и поступил на физико-математический факультет Московского университета. В университете знакомится с Андреем Белым, а через него с Брюсовым, Бальмонтом, Дм. Мережковским, Зинаидой Гиппиус, Ал. Блоком. Печатается в журналах «Новый путь» и «Весы». В студенческие годы увлёкся учением Владимира Соловьёва и архимандрита Серапиона (Машкина).

По окончании университета, по благословению епископа Антония (Флоренсова), поступает в Московскую духовную академию, где у него возникает замысел сочинения «Столп и утверждение истины», которую он завершил к концу обучения (1908) (удостоен за эту работу Макариевской премии). В 1911 принимает священство. В 1912 году назначается редактором академического журнала «Богословский вестник» (1908).

Флоренский был глубоко заинтересован скандально известным «делом Бейлиса» – фальсифицированным обвинением еврея в ритуальном убийстве христианского мальчика.

Он публиковал анонимные статьи, будучи убеждённым в истинности обвинения и действительности употребления евреями крови христианских младенцев. Взгляды Флоренского при этом эволюционировали от христианского антииудаизма до расового антисемитизма.

По его мнению «даже ничтожной капли еврейской крови» достаточно для того, чтобы вызвать «типично еврейские» телесные и душевные черты у целых последующих поколений.

События революции воспринимает как живой апокалипсис и в этом смысле метафизически приветствует, но философски и политически всё более склоняется к теократическому монархизму.

Сближается с Василием Розановым и становится его духовником, требуя отречения от всех еретических трудов. Пытается убедить власти, что Троице-Сергиева лавра – величайшая духовная ценность и не может сохраниться как мёртвый музей.

На Флоренского поступают доносы, в которых он обвиняется в создании монархического кружка.

С 1916 по 1925 годы П. А. Флоренский написал ряд религиозно-философских работ, включая «Очерки философии культа» (1918), «Иконостас» (1922), работает над воспоминаниями. В 1919 году П. А.

Флоренский пишет статью «Обратная перспектива», посвящённую осмыслению феномена данного приёма организации пространства на плоскости как «творческого импульса» при рассмотрении иконописного канона в ретроспективном историческом сопоставлении с образцами мирового искусства, наделёнными свойствами таковой; в числе прочих факторов, прежде всего указывает на закономерность периодического возврата к применению художником обратной перспективы и отказа от неё сообразно духу времени, историческим обстоятельствам и его мировоззрению и «жизнечувствию».

Наряду с этим он возвращается к занятиям физикой и математикой, работая также в области техники и материаловедения.

С 1921 года работает в системе Главэнерго, принимая участие в ГОЭЛРО, а в 1924 году выпускает в свет большую монографию о диэлектриках.

Его научную деятельность поддерживает Лев Троцкий, нагрянувший однажды в институт с визитом ревизии и поддержки, что, возможно, в будущем сыграло в судьбе Флоренского роковую роль.

Другое направление его деятельности в этот период – искусствоведение и музейная работа. Одновременно Флоренский работает в Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры, являясь её учёным секретарём, и пишет ряд работ по древнерусскому искусству.

В 1922 году он издал за свой счёт книгу «Мнимости в геометрии», в которой при помощи математических доказательств пытался подтвердить геоцентрическую картину мира, в которой Солнце и планеты обращаются вокруг Земли, и опровегнуть гелиоцентрические представления об устройстве Солнечной системы, утвердившиеся в науке со времён Коперника. В этой книге Флоренский доказывал также существование «границы между Землей и Небом», располагавшейся между орбитами Урана и Нептуна.

Летом 1928 года его сослали в Нижний Новгород, но в том же году, по хлопотам Е. П. Пешковой, вернули из ссылки и предоставили возможность эмигрировать в Прагу, однако Флоренский решил остаться в России. В начале 1930-х годов против него была развязана кампания в советской прессе со статьями разгромного и доносительского характера.

26 февраля 1933 года последовал арест и через 5 месяцев, 26 июля, – осуждение на 10 лет заключения. Выслан по этапу в восточно-сибирский лагерь «Свободный», куда прибыл 1 декабря 1933 года. Флоренского определили работать в научно-исследовательском отделе управления БАМЛАГа.

Находясь в заключении, Флоренский написал работу «Предполагаемое государственное устройство в будущем». Наилучшим государственным устройством Флоренский полагал тоталитарную диктатуру с совершенной организацией и системой контроля, изолированную от внешнего мира.

Возглавлять такую диктатуру должен гениальный и харизматический вождь. Переходной, несоверешенной стадией в движении к такому вождю Флоренский считал Гитлера и Муссолини.

Работу эту он писал с подачи следствия в рамках сфабрикованного процесса против «национал-фашистского центра» «Партия возрождения России», главой которого якобы являлся сам о. Павел Флоренский, давший по делу признательные показания.

10 февраля 1934 года он был направлен в Сковородино (Рухлово) на опытную мерзлотную станцию. Здесь Флоренский проводил исследования, которые впоследствии легли в основу книги его сотрудников Н. И. Быкова и П. Н. Каптерева «Вечная мерзлота и строительство на ней» (1940).

17 августа 1934 года Флоренский был помещён в изолятор лагеря «Свободный», а 1 сентября 1934 года отправлен со спецконвоем в Соловецкий лагерь особого назначения.

15 ноября 1934 года он начал работать на Соловецком лагерном заводе йодной промышленности, где занимался проблемой добычи йода и агар-агара из морских водорослей и запатентовал более десяти научных открытий.

25 ноября 1937 года особой тройкой НКВД Ленинградской области он был приговорён к высшей мере наказания и расстрелян.

Похоронен в общей могиле расстрелянных НКВД под Ленинградом («Левашовская пустошь»).

Сообщённая родственникам официальная дата кончины – 15 декабря 1943 года – вымышлена.

Реабилитирован 5 мая 1958 года (по приговору 1933 г.) и 5 марта 1959 года (по приговору 1937 г.)

Семья Павла Флоренского:

В 1910 г. женился на Анне Михайловне Гиацинтовой (1889-1973). У них было пять детей: Василий, Кирилл, Михаил, Ольга, Мария.

Второй сын Кирилл – геохимик и планетолог.

Внуки:

Павел Васильевич Флоренский (р. 1936 г.), профессор Российского университета нефти и газа, академик Международной славянской академии наук, искусств и культуры, академик Российской академии естественных наук, член Союза писателей России, руководитель Экспертной группы по чудесам при Синодальной богословской комиссии РПЦ.

Игумен Андроник (Трубачёв) – директор Центра изучения, охраны и реставрации наследия священника Павла Флоренского, директор музея священника Павла Флоренского в городе Сергиев Посад, основатель и директор Музея священника Павла Флоренского в Москве.

Источник: http://stuki-druki.com/authors/Florensky.php

Павел Флоренский и Сергей Троицкий: богословие однополой любви — ЛГБТ-служение “Nuntiare et Recreare”

Троице-Сергиева Лавра

Павел Флоренский — православный священник и ученый, создавший богословие однополой любви в начале двадцатого века.

Его главная богословская книга, «Столп и утверждение истины» — это серия писем, адресованных неназванному «далекому другу и брату». Этот «друг и брат» — сосед по комнате из семинарии, Сергей Троицкий.

«Мои коллеги удивляются, когда я упоминаю, что первое в мире христианское богословие однополой любви было создано в 1914 году в Москве», — пишет канадский исследователь и православный христианин Джакомо Санфилиппо (Giacomo Sanfilippo) в противоречивой серии статей о жизни и трудах Флоренского.

Нельзя отрицать то, что Флоренский писал о духовной ценности однополой дружбы, а также то, насколько глубоким было его отношение к Троицкому. Кроме того, он писал о древнем обряде адельфопоэзиса (ἀδελφοποίησις — «братотворение», благословленный церковью союз людей одного пола).

Современная икона Флоренского

Критики возражают против того, как Санфилиппо описывает возможные гоморомантические отношения в жизни Флоренского и, основываясь на его работе, разрабатывает богословие «супружеской дружбы», подобной гомосексуальному браку.

Флоренский (1882-1937) признан одним из величайших православных богословов двадцатого века. Но кроме этого он был прекрасным математиком, физиком, инженером, изобретателем, лингвистом, историком и философом — человеком эпохи Ренессанса, которого можно сравнить с Леонардо да Винчи.

Для некоторых он — святой и мученик. Во время антирелигиозных чисток 1930-х его осудили на 10 лет лагерей. Солженицын называл Флоренского «одним из самых замечательных людей, проглоченных Архипелагом навсегда».

Богословие однополой любви

Главная книга Флоренского, «Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах», структурно оформлена как 12 писем другу.

Троицкий, сосед Флоренского по комнате — тот друг, которому были адресованы письма. Но в книге имя друга не называется. В одной из аннотаций написано, что «друга и брата можно символически понимать как Христа».

Но более пристальный взгляд открывает малоизвестную страницу истории ЛГБТ.

В «Столпе и утверждении истины» изучается, что такое христианская любовь — особенно в «Письме одиннадцатом: Дружба». Обратимся к тому, как Санфилиппо описывает содержание главы в статье «Семейная дружба«:

«Идеал дружбы Флоренского — «одна душа в двух телах», где уникальный Друг мужчины — «другой Я» — корнями уходит в тексты Платона и Аристотеля.

Он прослеживает эту тему, красной нитью идущую через Священное Предание, от Давида и Ионафана к Христу и Иоанну, к парам апостолов, к парам святых в агиографии и литургии, к повсеместной практике монахов, в византийской и коптской традиции живущих по двое, к патристическим панигирикам дружбе, почти романтическим по содержанию. И наконец, к развившемуся из монашеских практик и адаптированному к потребностям мирян — ритуалу братотворения, который был создан на век или два раньше ритуала брака».

О ритуале адельфопоэзиса пишет и историк Джон Босуэлл (John Boswell) в ставшем классическим труде «Однополые союзы в премодерной Европе». Флоренский писал о православной традиции, Босуэлл же упоминает английского святого Эреда Ривоского как одного из основных западных богословов однополой дружбы.

Гомоэротические мотивы в «Столпе и утверждении истины» отмечены не только Санфилиппо. Профессор славистики Ричард Ф. Густафссон (Richard F. Gustafson) пишет в предисловии к английскому переводу книги:

«Понимание дружбы у Флоренского определенно носит гомофильный, если не гомоэротический оттенок. Все двуединые дружбы, которые он рассматривает — однополые союзы. Это богословски важно, даже в его эпоху. В описании церковности Флоренский убирает из центра гетеросексуальный брак, а на его место помещает пары друзей.

В разговоре о христианской жизни он смещает фокус с союза плоти на союз духа. Брак понимается им как пережиток языческой жизни, освященный церковью; дружба же по природа христианская.

Насколько я знаю, «Столп и утверждение истины» Флоренского — первое христианское богословие, которое в центр своего видения помещает однополые отношения.»

Научное образование Флоренского дало ему возможность поддержать однополые пары, используя современные ему новейшие научные концепции. Он предположил, что фундаментальная единица христианства — не индивид, которого он сравнивает с атомом, а молекула — пара друзей, которые образуют «частицу Тела Христова».

Флоренский подтверждает однополую любовь не только текстом, но и иллюстрациями. Он занимался не только богословием, но и историей искусства, и потому точно выбрал иллюстрации и оформил книгу как произведение искусства.

Фронтиспис книги «Столп и утверждение истины»

На фронтисписе изображена однополая пара ангелов в любящем объятии. В главе о дружбе Флоренский идет еще дальше: в начале он помещает изображение под названием «Faustum praelium. Бой счастливой». Санфилиппо так описывает изображение: «это эмблема, изображающая двух обнаженных амуров, которые дружески стреляют друг в друга из луков, один вскидывает руки в жесте шутливой капитуляции».

Важно отметить, что богословие Флоренского не всегда было освобождающим или инновационным. Было обнаружено, что он даже писал антисемитские тексты под псевдонимом.

Аврил Пайман (Avril Pyman) напоминает в биографии Флоренского, что и его нужно видеть в контексте эпохи: “он был заражен расистской терминологией своего времени, и его труды часто сложно читать, зная о том, что сделали с евреями всех вероисповеданий каких-то двадцать лет спустя”.

Гомофобия, антисемитизм и другие формы нетерпимости и ненависти часто идут рука об руку, но несколько религиозных лидеров — например, Флоренский или Бернард Клервосский — писали смелые тексты в защиту однополой любви, разделяя при этом уродливый антисемитизм своей эпохи.

Читайте также:  Именины в феврале женские имена по церковному календарю и мужские

Детство Флоренского и обращение в подростковом возрасте

Павел Александрович Флоренский родился 22 января 1882 года в Евлахе (территория современного Азербайджана). Его отец был инженером на строительстве железной дороги. Он происходил из семьи русских православных священников. Мать была из аристократического армянского рода. Большую часть детства Флоренский провел в Тифлисе (Тбилиси).

С детства одаренный в математике, Флоренский не получил религиозного образования. При этом он испытывал глубокую мистическую связь с природой. В 1899 году Флоренский, которому почти исполнилось 17, пережил духовный кризис, который и привел к его обращению.

Ему приснилось, что он похоронен в непроницаемой тьме, через которую пробивался единственный луч света или звука, который принес ему имя Бога.

Он проснулся в шоке и закричал: «Нет, нельзя жить без Бога!» Позже он окончательно убедился, что духовное царство было реальным: он услышал ясный голос — ни мужской и ни женский — который звал его по имени.

Опыт обращения полностью изменил его жизнь. Ближайшие родственники были удивлены и смущены, когда он начал ходить в церковь. Флоренский изучал математику в Московском университете, который окончил с отличием в 1904 году. Ему предложили должность на факультете математики, но он отказался и поступил в семинарию.

«Бой счастливой»

Флоренский знакомится с другом, Сергеем Троицким

Флоренский поступил в Московскую духовную академию — часть Троице-Сергиевой Лавры — в Сергиевом Посаде. Там он близко подружился с Сергеем Троицким (1881-1910).

Троицкий, учившийся курсом старше, был сыном сельского священника из-под Костромы. Они делили комнату и мечтали о том, как будут вести созерцательную жизнь в лесах Костромы, окруженные книгами и искусством.

Современные исследователи ЛГБТ-духовности описывают их отношения по-разному. Санфилиппо пишет: «Пара планировала провести остаток жизни, соединенная в «дружбе», сходной с браком во всем кроме прокреации. Это включало и естественную потребность актуализации духовного союза через телесность в той или иной форме».

Уэсли Хилл (Wesley Hill), автор книги «Духовная дружба: поиски любви в церкви целибатным христианином-геем», наоборот, подчеркивает целомудрие союза Флоренского и Троицкого.

Он пишет: «Еще в пору молодости он принес обеты верности другу Сергею, сыну православного священника. Они поклялись в верности друг другу и пообещали блюсти целибат.

Согласно биографии, Флоренский считал этот акт «не менее связующим, чем обеты брака или монашества».

Мечте пары жить тихой жизнью не суждено было стать реальностью. После семинарии Троицкий начал преподавать русскую литературу в Тбилиси, надеясь стать священником. Православная церковь как правило рукополагает только женатых мужчин, и в 1909 году Троицкий женился на младшей сестре Флоренского — Ольге.

Жизнь Троицкого оборвалась рано. 2 ноября 1910 года его убил в здании гимназии семнадцатилетний студент, грузинский националист, отчисленный из школы.

Друзья Флоренского знали о его отвращении к браку и были удивлены, когда он тоже женился. В августе 1910 года он вступил в брак с Анной Гиацинтовой (1889-1973), учительницей из крестьянской семьи. У них было пятеро детей.

Флоренский был рукоположен 24 апреля 1911 года.

Память о дружбе между Троицким и Флоренским, ее плоды, продолжают жить в книге «Столп и утверждение истины», опубликованной в 1914 году.

Как пишет Санфилиппо, глава о дружбе — «вечное свидетельство их [Троицкого и Флоренского] отношений; ее тон, игривая гоморомантическая эмблема тем более удивительны, если мы вспомним, что Флоренский был женатым священником и отцом, когда завершал «Столп и утверждение».

Арест и казнь

Разумеется, Революция 1917 года оказала огромное влияние на Флоренского: Троице-Сергиева Лавра была закрыта в 1918 году, а церковь, где служил Флоренский — в 1921. Он сменил интересы и начал работать на государство, занимаясь наукой и инженерным делом. Тем не менее, он продолжал носить рясу и крест, даже когда преподавал и выступал на конференциях.

В феврале 1933 года он был арестован по ложным обвинениям и осужден на 10 лет заключения. В 1934 году он попал на Соловки, а в 1937 году — казнен.

Феодор Тирон и Феодор Стратилат

Спорные статьи о богословии однополой любви

Среди тех, кто развивают наследие Флоренского — Джакомо Санфилиппо, студент богословия в Тринити-колледже в Торонто. Его главный исследовательский интерес — сексуальное и гендерное разнообразие в человеческой и церковной жизни. Кроме того, он ведет блог https://orthodoxyindialogue.com/.

Санфилиппо писал о Флоренском в трех статьях, опубликованных с марта по июль 2017 года. В первой статье он вводит термин «дружеское супружество» — богословская замена «однополому союзу».

Вторая статья объясняет «дружеское супружество» на примере мужских союзов в православной традиции. В качестве примера он приводит святых-воинов Феодора Тирона и Феодора Стратилата с фрески 14 века, где они держатся за руки «как любая современная пара».

Идеи Санфилиппо возмутили некоторых православных читателей. Третья статья обобщает критику и дает ответ на нее. «Буря, разразившаяся из-за моей статьи — симптом глубокого дискомфорта, который возникает от любого проявления однополой любви во всех традиционалистских церквях», — пишет он.

Признавая, что церковная традиция с отвращением относиться к однополому сексу, Санфилиппо утверждает, что святые «показывают природную красоту, святость и чистоту того, что мы сейчас зовем однополой любовью».

Источник: https://www.nuntiare.org/?p=7093

Биография Павла Александровича Флоренского

Русский религиозный философ, ученый, священник и богослов, последователь Вл. С. Соловьева. Центральные вопросы его главной работы «Столп и утверждение истины» (1914) – идущая от Соловьева концепция всеединства и учение о Софии, а также обоснование православной догматики, особенно триединства, аскетизма и почитания икон.

Выдающийся математик, философ, богослов, искусствовед, прозаик, инженер, лингвист, государственный мыслитель родился 9 января 1882 года близ местечка Евлах Елизаветпольской губернии (ныне Азербайджан) в семье инженера-путейца, строившего Закавказскую железную дорогу.

Вспоминая о годах ученичества во 2-й Тифлисской гимназии, Флоренский писал: «Страсть к знаниям поглощала все мое внимание и время». Преимущественно он занимался физикой и наблюдением природы.

В конце гимназического курса, летом 1899 года, Флоренский пережил духовный кризис.

Открывшаяся ограниченность и относительность физического знания впервые заставила его задуматься об Истине абсолютной и целостной.

Родители настояли на продолжении образования, и в 1900 году Флоренский поступил на физико-математический факультет Московского университета. Помимо занятий математикой Флоренский слушал лекции на историко-филологическом факультете, самостоятельно изучал историю искусства. В 1904 году, после окончания университета, П. А.

 Флоренский поступает в Московскую духовную академию, желая, как он писал в одном из писем, «произвести синтез церковности и светской культуры, вполне соединиться с Церковью, но без каких-нибудь компромиссов, честно воспринимать все положительное учение Церкви и научно-философское мировоззрение вместе с искусством…«После окончания академии в 1908 году Флоренский был оставлен преподавателем на кафедре истории философии. За годы преподавания в МДА (1908–1919) он создает ряд оригинальных курсов по истории античной философии, кантовской проблематике, философии культа и культуры. Революция не явилась неожиданностью для Флоренского. Более того, он много писал о глубоком кризисе буржуазной цивилизации, часто говорил о надвигающемся крушении привычных устоев жизни. Флоренский не собирался уезжать из России, хотя на Западе его ждала блестящая научная карьера и, вероятно, мировая слава. Он был одним из первых среди лиц духовного звания, кто, служа Церкви, стал работать в советских учреждениях.

В 1921 году Флоренский был избран профессором Высших художественно-технических мастерских. В период зарождения и расцвета различных новых течений (футуризма, конструктивизма, абстракционизма) он отстаивал духовную ценность и значимость общечеловеческих форм культуры.

Он был убежден, что деятель культуры призван раскрыть существующую духовную реальность. Как и в юные годы, он убежден в существовании двух миров – видимого и незримого, сверхчувственного, лишь дающего о себе знать с помощью «особенного».

Таким особенным являются, в частности, сновидения, которые соединяют мир человеческого бытия с миром запредельным. Свою концепцию сновидений Флоренский излагает в начале трактата «Иконостас». В 1919 году он публикует статью «Троице-Сергиева Лавра и Россия» – своего рода философию русской культуры.

Именно в Лавре Россия ощущается как целое, здесь наглядное воплощение русской идеи, предстающей как наследие Византии, а через нее – древней Эллады.

Флоренский – теоретик древнерусской живописи. Именно он обосновал правомерность «обратной перспективы», на которой построена иконопись.

Одновременно с работой по сохранению культурного наследия П. А. Флоренский был вовлечен в научно-техническую деятельность. Он избрал прикладную физику отчасти потому, что это диктовалось практическими нуждами государства и в связи с планом ГОЭЛРО, отчасти потому, что довольно скоро стало ясно: заниматься теоретической физикой, как он ее понимает, ему не дадут.

В 1920 году Флоренский начинает работать на московском заводе «Карболит», в следующем году переходит на исследовательскую работу в Главэлектро ВСНХ РСФСР, участвует в VIII электротехническом съезде, на котором обсуждался план ГОЭЛРО.

В 1924 году избирается членом Центрального электротехнического совета Главэлектро и начинает работать в Московском объединенном комитете электротехнических норм и правил.

С 1927 года Флоренский – соредактор «Технической энциклопедии», для которой написал 127 статей, а в 1931 году он избран в президиум бюро по электроизолирующим материалам Всесоюзного энергетического комитета, в 1932 году включен в комиссию по стандартизации научно-технических обозначений терминов и символов при Совете Труда и Обороны СССР.

В книге «Мнимости и геометрии» (1922) Флоренский из общей теории относительности выводит возможность конечной Вселенной, когда Земля и человек становятся средоточием творения.

Здесь Флоренский возвращается к миропониманию Аристотеля, Птолемея и Данте.

Для него, в отличие от многих математиков и физиков, конечность Вселенной является реальным фактом, не столько опирающимся на математические выкладки, сколько вытекающим из общечеловеческого мировоззрения.

Летом 1928 года Флоренский был сослан в Нижний Новгород. Хотя через три месяца он был возвращен и восстановлен в должности по ходатайству Е. П. Пешковой.

26 февраля 1933 года Флоренский был арестован по ордеру Московского областного отделения ОГПУ, а 26 июля 1933 года осужден особой тройкой на 10 лет и отправлен по этапу в восточносибирский лагерь. 1 декабря он прибыл в лагерь, где его определили работать в научно-исследовательском отделе управления БАМЛАГа.

10 февраля 1934 года он был направлен в Сковородино на опытную мерзлотную станцию. Здесь Флоренский проводил исследования, которые впоследствии легли в основу книги его сотрудников Н. И. Быкова и П. Н. Каптерева «Вечная мерзлота и строительство на ней» (1940).

17 августа 1934 года Флоренский неожиданно был помещен в изолятор лагеря «Свободный», а 1 сентября отправлен со спецконвоем в Соловецкий лагерь особого назначения.

15 ноября он начал работать на Соловецком лагерном заводе йодной промышленности, где занимался проблемой добычи йода и агар-агара из морских водорослей и сделал более десяти запатентованных научных открытий.

25 ноября 1937 года Флоренский был вторично осужден – «без права переписки». В те времена это означало смертную казнь. Официальная дата кончины – 15 декабря 1943 года, – первоначально сообщенная родственникам, оказалась вымышленной.

Трагическое окончание жизни осознавалось П. А.

 Флоренским как проявление всеобщего духовного закона: «Ясно, что свет устроен так, что давать миру можно не иначе, как расплачиваясь за это страданиями и гонениями» (из письма от 13 февраля 1937 года).

Флоренский был посмертно реабилитирован, а полвека спустя после его убийства семье из архивов госбезопасности передали рукопись, написанную в тюрьме: «Предполагаемое государственное устройство в будущем» – политическое завещание великого мыслителя.

Институт посадничества и церковь в Новгороде
Образования Советской России
Очаги военного напряжения в мире в 1920-1930 гг
Борьба за Киевский престол между древнерусскими князьями
Мемуары о декабристах в период сибирской ссылки
Мероприятия по развертыванию партизанского движения в 1941-1943 гг
Развитие органов местного самоуправления в России в XIX в
Польский вопрос в политике Англии в 1914-1916 годах



Источник: http://biofile.ru/his/29804.html

7 главных фактов о Павле Флоренском

Его называли русским Леонардо да Винчи, он был другом и духовником лучших людей своего времени.

Мать Флоренского, Ольга (Саломия) Павловна Флоренская, урождённая Сапарова, по отцу происходила из древнего армянского княжеского рода Мелик-Бегляровых, по матери — из именитого грузинского рода Пааташвили.

Отец, Александр Иванович Флоренский, сын военного врача, окончил Петербургский Институт путей сообщения: серьёзный уважаемый инженер, строил в Закавказье дороги и мосты, впоследствии стал заместителем начальника Кавказского округа путей сообщений, а также действительным статским советником.

У Флоренских имелись поместья в Елисаветпольской губернии — там во время волнений укрывались местные армяне, спасаясь от натиска кавказских татар. Впоследствии Павел Флоренский постоянно искал «особые корни своей армянской семьи», и утверждал, что его род происходит не из Персидской Армении, а из Карабаха.

У Флоренских-старших было семеро детей. Павел родился 9 января 1882 г. близ Евлаха (ныне Азербайджан) и был назван в честь святого апостола Павла.

Читайте также:  Икона иоанна крестителя, его мощи и житие

Осенью 1882 г. семья переселилась в Тифлис (Тбилиси), где маленького Павла крестили в старинном храме у подножия горы Мтацминда, близ могилы А. С. Грибоедова. В 17 лет юный Флоренский глубоко и искренне обратился к религии.

Но родители упёрлись: сначала получи университетское образование! Павел окончил гимназический курс первым, с золотой медалью и в 1900-м поступил на физмат Московского университета, знакомится с Андреем Белым, Брюсовым, Бальмонтом, Мережковским, Гиппиус, Блоком, увлекается поэзией, публикуется в журналах «Новый Путь» и «Весы». Затем он увлекся учением Вл. Соловьёва и архимандрита Серапиона (Машкина) и по благословению епископа Антония (Флоренсова), поступил в Московскую духовную академию, где за работу в духе теодицеи «Столп и утверждение истины», удостаивается Макариевской премии. В 1911 г. Флоренский принял сан, в 1912-м назначен редактором академического журнала «Богословский вестник»

Брак Флоренских-старших был идеален, и они стали примером для Павла. По окончании Академии 1910 г. он обвенчался с учительницей начальных классов Анной Михайловной, урожденной Гиацинтовой. Флоренские-младшие переехали в Сергиев Посад.

Анна Михайловна была скромной, любящей, заботливой матерью для их пятерых детей: Василия, Кирилла, Михаила, Ольги и Марии (Тинатин). Вместе с младшими детьми она ездила к ссыльному мужу в Нижний Новгород и на Дальний Восток. Именно она сохранила дом в Сергиевом Посаде и рукописное наследие П. А. Флоренского.

Внуки Флоренского пошли в деда: Павел Васильевич —  профессор РГУНиГ, академик МСА, академик РАЕН, член Союза писателей России, руководитель Экспертной группы по чудесам при Синодальной богословской комиссии РПЦ, а игумен Андроник (Трубачёв) — директор Центра изучения, охраны и реставрации наследия священника Павла Флоренского, директор музея Павла Флоренского в Сергиевом Посаде, основатель и директор Музея Павла Флоренского в Москве.

Революции 1905 и 1917 гг. Флоренский воспринял как живой апокалипсис и метафизически приветствовал их, но философски и политически всё более склонялся к теократическому монархизму. Он сблизился с Василием Розановым, стал его духовником. В 1913 г.

в Киеве проходил процесс Бейлиса по обвинению еврея Менахема Менделя Бейлиса в ритуальном убийстве 13-летнего ученика Киево-Софийского духовного училища Андрея Ющинского. Не сомневаясь в существовании практики ритуальных убийств у евреев, Флоренский направил В. В. Розанову для анонимной публикации статьи «Проф. Д. А.

Хвольсон о ритуальных убийствах» и «Иудеи и судьба христиан» и тот включил обе статьи в книгу «Обонятельное и осязательное отношение евреев к крови» в виде приложения.

Ещё будучи гимназистом, Флоренский увлекся фотографией. Снимки Акрополя, античных статуй и барельефов украшали книжные шкафы в его кабинете. С детских лет до кончины фотоснимок был для него символом вечности.

15-летним юношей, во время поездки в Германию, Флоренский живо интересовался фотоаппаратурой; в письме к отцу от 13 июня 1897 г. из Дрездена он пишет о желании приобрести «машину особой конструкции, которая дает рентгеновы фотографии». Вот как Флоренский вспоминал своё путешествие по Грузии летом 1899 г.

: «Целыми днями лазил по горам, фотографируя, делая зарисовки, записывая свои наблюдения, а по вечерам приводил все это в порядок… пластинки приходилось закладывать в аппарат с большими неудобствами, при свете». Часть этих фотографий сохранилась до наших дней. В тюремной камере на Соловках, где прошли последние месяцы жизни о.

Павла, с ним были фотографии родных и близких: после вечерней молитвы он смотрел на эти снимки, мысленно желая дорогим ему людям покоя и душевного равновесия.

По преданию, чтобы избавить честную главу святого Сергия от поругания, отец Павел Флоренский, архимандрит Кронид, Ю. А. Олсуфьев, граф В. А. Комаровский и ставшие впоследствии священниками С. П. Мансуров и М. В. Шик вскрыли раку Сергия Радонежского и изъяли главу Преподобного, а на её место положили главу погребённого здесь же, в Лавре, князя Трубецкого.

Главу святого Сергия схоронили в ризнице и дали обет молчания, не нарушенный впоследствии никем. Когда в 1933 г. Флоренский был арестован, в тайну посвятили П. А. Голубцова, ставшего позже архиепископом Новгородским и Старорусским. Голубцов тайно перенёс ковчег и схоронил его в окрестностях Николо-Угрешского монастыря под Люберцами.

Вскоре Голубцов был арестован, из заключения попал на фронт, а после демобилизации принёс ковчег в дом племянницы Олсуфьева Е. П. Васильчиковой. Незадолго до своей кончины она и рассказала о тайне. Васильчикова хранила заветный ковчег со честной главой у себя дома в цветочном горшке. На Пасху 21 апреля 1946 г.

Лавра была вновь открыта, мощи Преподобного возвращены Церкви, а его глава заняла прежнее место в его гробе.

В начале 1930-х гг. против Флоренского развязывается кампания в советской прессе со статьями погромного характера. 26 февраля 1933 г. последовал арест, а через 5 месяцев — осуждение на 10 лет. Под пытками о. Павел оговорил академика Н. Лузина (Дело Лузина).

Затем сломленного узника выслали по этапу в восточно-сибирский лагерь «Свободный», где он работал в научно-исследовательском отделе управления БАМЛАГа. 10 февраля 1934 г. Флоренский был направлен в Сковородино на опытную мерзлотную станцию, где проводил исследования, которые впоследствии легли в основу книги Н. И. Быкова и П. Н. Каптерева «Вечная мерзлота и строительство на ней».

17 августа 1934 г. отец Павел Флоренский был помещён в изолятор лагеря «Свободный», а 1 сентября 1934 г. отправлен со спецконвоем в Соловецкий лагерь особого назначения, на лагерный завод йодной промышленности: там он занимался проблемой добычи йода и агар-агара из морских водорослей и сделал более десяти запатентованных научных открытий.
25 ноября 1937 г.

особой тройкой НКВД Ленинградской области он был приговорён к высшей мере наказания и расстрелян. Похоронен в общей могиле убитых НКВД под Ленинградом.

Источник: http://russian7.ru/post/7-glavnyx-faktov-o-pavle-florenskom/

Встреча, пронизанная разлуками. Отец Павел Флоренский о своих детях – Журнал ФОМА в Украине

Кто может знать при слове — расставанье,Какая нам разлука предстоит?

                                      О. Мандельштам

Отец Павел Флоренский с семьей (жена Анна с сыном Микой на руках, Вася, Кира, Ольга).

Сергиев Посад, 1928 г.

Семья, если это действительно союз любящих сердец, а не принудительное существование на одной территории, — она годами и десятилетиями испытывается на разрыв. Родители и дети, старики и внуки — им каждый день и каждую ночь приходится усилиями взаимного притяжения сжимать время и пространство. Это огромная нравственная и психологическая нагрузка, большое испытание.

Когда же речь идет о такой разлуке, которой подверглись в 1920-е — 50-е годы неисчислимое множество семей, то это уже не просто испытание, а мученичество и подвиг: «Кто смеет молвить…», «Кто может знать…».

* * *

Русский философ и священник Павел Александрович Флоренский был арестован 25 февраля 1933 года. Находясь годами в заключении, за тысячи километров от дома, фактически обреченный в земной жизни на вечную разлуку с семьей, он вопреки обстоятельствам продолжал жить домом и жить в семье.

Переписка, пусть и подцензурная, стала последней надеждой, последним духовным пристанищем для всех, кто был вырван из родной среды. Лишь посредством писем можно было подать о себе весть и сохранить духовную связь с близкими. Лишение же права на переписку равнялось гибели.

Приговор «столько-то лет без права переписки» чаще всего означал вовсе не тюрьму и не лагерь, а расстрел.

Павел Флоренский, оказавшись в заключении, более всего опасался отчуждения поколений внутри семьи. Он боялся, что дети, которых он оставил подростками, сочтут свой дом потерявшим всякую привлекательность, променяют его на молодежные компании, начнут ссориться между собой.

А все это могло случиться, ведь во время обысков дети пережили страшный стресс. На их глазах квартиру перевернули вверх дном, забрали всю библиотеку, вплоть до детских книг. Жена Флоренского Анна Михайловна с горечью писала мужу: «Книги у нас отняли твои и наши любимые…

Мика сегодня целый день, бедняга, проплакал о книгах…».

Михаил Александрович Новоселов (справа), руководитель «Кружка ищущих христианского просвещения в духе Православной Христовой Церкви», в котором принимали участие семинарист Павел Флоренский (в центре) и философ С. Н. Булгаков (слева). Фото предположительно 1907 г.

Павел Александрович пишет старшей дочке 16 сентября 1935 года: «Дорогая Оля… Я чувствую, ты не научилась ценить дома и окружающих, а этого никогда уже впоследствии не будет. Мамочка гораздо ценнее и дороже всяких вещей и людей, которые кажутся ценными, но неизмеримо менее содержательны, чем она. Крепко целую тебя, дорогая. Не унывай и не забывай»*.

Он возвращается и возвращается к этим мыслям, пытаясь найти всё новые аргументы: «Дорогой Олень… Говорю о мамочке, о братьях и о Тике, которых ты не замечаешь из-за своих товарищей, между тем как товарищи — дело временное, а близкие — навсегда. Надо … не прельщаться нарядным взамен существенного.

А чужие люди неизбежно наряднее своих, ибо они — в гостях, в гости же всегда наряжаются…» (29 февраля — 1 марта 1936 г.). «Дорогой Олень…

Товарищеская среда потому перетягивает к себе все внимание, что товарищеские отношения, в сущности, безответственны: каждый отвечает сам за себя и каждый занят своими интересами. Поэтому в ней легко. Но эта легкость есть легкость пустоты, а подлинное требует усилия, работы и несет ответственность…

Того, что может дать родной дом, не даст потом никто и ничто, но надо заработать это, надо самой быть внимательной к дому, а не жить в нем как в гостинице» (июнь 1936 г.).

* * *

А начинался этот диалог с детьми задолго до рокового ареста. Флоренский думал о разлуке еще в ту пору, когда старшие дети (Василий и Кирилл) были совсем малы, а младших (Ольги, Михаила и Марии-Тинатин) еще не было на свете. После Февральской революции, хорошо понимая, что это лишь начало катастрофы, 35-летний отец Павел Флоренский задумывается о духовном завещании детям.

Первоначальный его текст он составляет 11 апреля 1917 года, а потом семь (!) раз возвращается к нему: в мае и июле 1917-го, июне 1919-го, июне 1920-го, марте 1921-го, августе 1922-го, марте 1923-го. Он, будто предчувствуя, что его дети рано осиротеют, старается как можно яснее и доступнее выразить свои заветные мысли: «…

Дома, библиотеки, вещей не продавайте, без самой крайней нужды.

Не ищите власти, богатства, влияния Нам не свойственно все это; в малой же доле оно само придет, — в мере нужной. А иначе станет вам скучно и тягостно жить. Будьте всегда в жизни добры к людям и внимательны. Не надо раздавать, разбрасывать имущество, ласку, совет; не надо благотворительности.

Но старайтесь чутко прислушиваться и уметь вовремя придти с действительной помощью к тем, кого вам Бог пошлет как нуждающихся в помощи. Не делайте ничего безвкусно, кое-как. Помните, в “кое-как” можно потерять всю жизнь.

Кто делает кое-как, тот и говорить научается кое-как, а неряшливое слово, смазанное, не прочеканенное, вовлекает в эту неотчетливость и мысль.

Детки мои милые, не позволяйте себе мыслить небрежно. Мысль — Божий дар и требует ухода за собою. Почаще смотрите на звезды. Когда будет на душе плохо, смотрите на звезды или лазурь днем. Когда грустно, когда вас обидят, когда что-то не будет удаваться, когда придет на вас душевная буря — выйдите на воздух и останьтесь наедине с небом. Тогда душа успокоится».

Соловецкий монастырь.

Вообще поразителен и непостижим его дар отцовского предощущения детей. Из письма жене 27 мая 1935 года: «…Вспоминаю малейшие подробности прошлого, о каждом из вас отдельно. О том, как я ждал Васюшку, года за 3 до его рождения, как чувствовал, что он где-то есть уже, хотя я и сам не знал, где и как. Когда он только родился, то посмотрел на меня и было ясно, что он узнал меня…».

А вот что он писал с Соловков о внуке, рождение которого в семье сына Василия еще только ожидалось: «…Я сердечно рад его существованию и чувствую, что люблю его. Жаль мне только, что не увижу его собственными глазами.

Но Вы впоследствии скажете ему, что его дед любил его, когда его еще не было под солнцем» (24 марта 1936 г.). Внук отца Павла родился в июне 1936 года и был назван в честь деда Павлом. Сегодня Павел Васильевич Флоренский — легенда и гордость РГУ нефти и газа им. И. М.

Читайте также:  Молитва от сглаза ребенка

Губкина, профессор кафедры литологии, академик РАЕН**.

* * *

По письмам отца Павла видно, что он все время ищет возможность деликатно подсказать жене Анне Михайловне, как удержать в доме тепло, как, невзирая на обстоятельства, сохранить для детей атмосферу детства: «Дорогая Аннуля, я же понимаю, что тебе трудно, тяжело, беспокойно и грустно. Но все же надо стараться с большим душевным миром воспринимать окружающее, а главное — близких. Я верю в своих детей, и разные шероховатости пройдут в свое время. Это дело возраста. А кроме того, им ведь тоже не легко дается жизнь…

Тика, пишешь, болезненно застенчива. Как ясно я понимаю ее состояние … Ей непременно надо помогать в уроках, хотя бы часть делать за нее. Стоит ей заработать 2-3 поощрения, как она развернется, и дальше дело пойдет само собою гладко…

Постарайся вовлечь детей в игру — припоминать немецкие слова и фразы, мотивы, сравнивать и т.д., например, кто вспомнит больше слов на такую-то букву или с таким-то окончанием и т.д., если будут делать ошибки, это неважно …

Главное — это развить привычку, главное — постоянное упражнение, и это в любой области. Одним натиском ничего не сделаешь…» (25 сентября 1935 г.).

Состав Соловецкой железной дороги.

Флоренский очень беспокоится о младшей дочери Тике: «…Главное, постарайся, чтобы ее детство было хоть сколько-нибудь радостным и ясным. Понимаю, что это сделать очень трудно тебе, но все-таки постарайся, пусть у нее останется, чем вспомнить детские годы.

Рассказывай ей, что придется. Это даст ей и развитие и интерес. Радость жизни дают не большие дела, т. е. кажущиеся большими большим, а удачно найденные пустяки — бумажка часто радует более драгоценностей, и неудобство, но поэтичное, приятнее больших удобств…

» (12 апреля 1935 г.).

И он находит такие чудесные пустяки, к примеру, на кухне: «…Ты пишешь, что Оле хочется вкусного.

Но ведь вкусное делается таковым главным образом от приправы: необходимо давать пище запах, хорошо прожаривать, придавать остроту или сладость, и тогда самые простые припасы обращаются во вкусные кушанья…

Делаешь ли ты детям когда-нибудь мой сыр? Это хорошая приправа к каше, самой безвкусной, и делает ту же кашу или картошку нарядной. А есть надо только то, что по вкусу, иначе еда мало полезна…

Если бы я был с вами, я варил бы вам мармелад — расход сахара в общем остается тем же, если не меньше, а впечатление совсем другое. Хочу сказать: надо уметь жить и пользоваться жизнью, опираясь на то, что есть в данный момент, а не обижаясь на то, чего нет. Ведь времени, потерянного на недовольство, никто и ничто не вернет» (20 апреля 1937 г.).

* * *

Письма отца Павла детям не только окутывают их нежностью, но и содержат в себе заочные уроки: биологии, математики, литературы, музыки, русского языка, минералогии…

Флоренский отвечает на вопросы детей, не подстраиваясь под их возраст, а переписывается с ними как с коллегами — со всей серьезностью.

Хорошо помня себя маленьким, он знал, как обидно детям, когда объяснения взрослых идут «мимо вопросов».

Сплав леса по каналу.

Павел Александрович невольно заложил принципы дистанционного обучения. Педагогика Флоренского, лишенная возможности действовать здесь и сейчас, лишенная зрительного, тактильного и слухового контакта, вся сосредоточилась в словах, мыслях и образах. Его эпистолярные уроки младшим детям похожи на увлекательные рассказы о живности Д. Даррелла.

Они часто сопровождались замечательными рисунками. Можно подумать, что автор этих писем был в командировке на биостанции или в заповеднике:
«Дорогая Тика… Морские свинки урчат, вроде голубей, но более высокими голосами, а маленькие издают звуки как воробушки; поэтому здесь их и называют воробушками. Вот, все письмо вышло звериное…

» (22 февраля 1935 г.).

«Дорогой Мик, сообщаю тебе последние новости о чернобурых лисицах…» (13–14 мар-та 1935 г.).

«Дорогая Тика, ты возишься с цыплятами, а у нас тут всякие другие “-ата” и “-ята”: крольчата, морские поросята, белые мышата, и, наверное, будут котята. Иногда кроликов выпускают из клеток на прогулку. Они скачут по кухне и в коридоре, а я их ловлю, хотя это и не всегда удается. Они большие трусишки. Очень мягкие, мордочки плюшевые…» (13–14 июня 1935 г.).

«Дорогая Тика, сообщаю тебе самые последние новости. Сегодня у нашей старой, трехцветной, свинки родились детеныши. Обычно их рождается по два. Но на этот раз свинка принесла пятерых…» (23 июня 1935 г.).

«Дорогая Тика, вот распростились с нами и последние чайки, а вместо них прилетели вороны. Говорят, чайчата этого года прилетят уже только через 3 года, очевидно, будут воспитываться где-то в теплых странах. Даже чайкам, как видишь, приходится учиться своим чайкиным наукам…» (16 сентября 1935 г.).

Для 15-летнего Миши отец устраивает викторины: «Дорогой Мик, вот тебе загадка: какая фамилия одного ученого пишется с тремя мягкими знаками? Другой вопрос: какого цвета хлорофилл? Третий вопрос: когда Россия собиралась присоединить к себе Англию? Как-то ко мне обратился с вопросом один (увы!) мой бывший ученик и спросил: “Было два Спинозы, один Барух, другой Бенедикт. Который же из двух был особенно замечателен?” Можешь ответов мне не писать, а скажи их мамочке».

А в письме жене Флоренский оставляет ответы: «Загадка Мику разгадывается именем Кьельдаль… Второй вопрос — … хлорофилл — белый, а зеленый цвет ему придает присутствующий в нем зеленый пигмент.

Третий вопрос: при Иоанне Грозном, который для этой цели сватался к английской королеве Елизавете, но получил отказ — на свое счастье, т. к. Елизавета была такая ведьма, что сумела бы доконать даже Иоанна Васильевича Грозного.

Четвертый вопрос: Бенедикт есть латинский перевод еврейского Барух, так что Бенедикт Спиноза и Барух Спиноза есть одно и то же лицо…» (4 июня 1937 г.).

* * *

Это была последняя из созданных Павлом Флоренским наук — наука расставанья. И эта наука — самая понятная для всех нас.

Она о том, как, находясь в разлуке с детьми (а это, увы, случается и в наше время), можно чувствовать их рост, влиять на их устремления, питать их ум и душу, имея в распоряжении лишь клочок бумаги, карандаш и любящее сердце.

Очевидно, что эта наука, выросшая из несчастных обстоятельств, только в России и могла возникнуть. Только в стране, где в ХХ веке редкая семья не испытывала хронической насильственной разлуки, могла родиться эта столь же экстремальная, сколь и обыденная педагогика в разлуке.

Письма Флоренского семье — как спутники, запущенные им на недосягаемую для конвоя высоту. Они доносят его любовь поверх колючей проволоки, транслируют его мысли и каждой строчкой побеждают смерть.

* * *

С момента ареста в 1933 году за отца Павла ходатайствуют ученые, и среди них — великий В. И. Вернадский. С просьбой освободить Флоренского и предоставить ему возможность уехать с семьей за границу, где он мог бы продолжить научную работу, к советскому правительству обращается президент Чехии Томаш Масарик.

Из Москвы в лагерь приходит распоряжение сообщить «не снявшему сана» Флоренскому о том, какой шанс ему предоставляется. Павел Александрович отказывается от освобождения и остается в лагере, чтобы разделить судьбу товарищей по несчастью. История ГУЛАГа не знает других случаев отказа заключенного от освобождения…

Приговор «тройки» УНКВД в отношении отца Павла Флоренского приведен в исполнение 8 декабря 1937 года.

Последнее письмо домой было написано отцом Павлом 19 июня 1937 года. И только в 1989 году семья узнала, что Павел Александрович Флоренский был расстрелян в том же году, 8 декабря.

Из завещания отца Павла детям: «Самое главное, о чем я вообще прошу вас, — это чтобы вы помнили Господа и ходили пред Ним. Этим я говорю все, что имею сказать. Остальное — либо подробности, либо второстепенное».

*Письма цитируются по изданию: Священник Павел Флоренский. Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933–1937 гг. СПб., «Сатисъ», 2004. — Ред.**Недавно вышла в свет мемуарная книга П. В. Флоренского «Петрограф» на всю жизнь», М., 2008 — 296 с.

Первая глава книги посвящена годам студенчества отца Павла Флоренского — Ред.

Если Вам понравился материал – поддержите нас!

Источник: http://foma.in.ua/articles/vstrecha-pronizannaya-razlukami-otets-pavel-florenskij-o-svoikh-detyakh

Павел Флоренский. Флоренский Павел Александрович – Русский православный священник

Павел Флоренский родился 21 января 1882 года в Елизаветпольской губернии, небольшом местечке Евлах, Азербайджан. Его отец был русским инженером железной дороги, происхождение матери было связано со старинным родом карабахских армян.

     В 1889 году Павел, с золотой медалью окончив 2-ую тифлисскую гимназию, стал студентом Московского университета, физико-математического факультета. В студенческие годы знакомство с А.

Белым позволило ему войти в сообщество, где вращались Бальмонт, А. Блок, З. Гиппиус, Д. Мережковский, Брюсов. В этот же период он с интересом отнесся к учению В. Соловьева, изучал работы, написанные архимандритом Серапионом,- Машкиным.

Тогда же он впервые начал публиковаться в журналах «Весы» и «Новый путь».

     Епископ Антоний,- Флоренсов, благословил его после выхода из университетских стен на поступление в Московскую духовную академию при Троице-Сергиевой лавре. В эти годы у него возник замысел объединить светскую культуру и церковность, предпринять попытку синтеза научно-философского мировоззрения и церковных постулатов, а также искусства.

     Он начинает писать работу «Столп и утверждение истины», которая была готова в 1908 году и удостоена Макариевской премии. По окончании в этом же году академии Флоренский успешно защищает кандидатскую диссертацию. В 1914 году становится магистром богословия.

     В 1911 году Флоренского рукоположили в священники. Местом службы стала церковь Убежища сестер милосердия Красного Креста в Сергиевом Посаде, где он пробыл до мая 1921 года.

На протяжении 1912-1917 годов Павел Александрович, одновременно являясь профессором академии, читал лекции по истории, философии, а в 1912 году получил редакторский пост в академическом журнале «Богословский вестник».

    Революция 1917 года была воспринята Флоренским как своеобразный апокалипсис, но с точки зрения политики и философии его все больше привлекал теократический монархизм. Одно из направлений его деятельности в послереволюционный период биографии – это музейная работа и искусствоведение.

     Флоренский приложил немало усилий для того, чтобы убедить новую власть в огромной ценности Троице-Сергиевой лавры, работал в Комиссии охраны памятников и старины в качестве ученого секретаря. На протяжении 1916-1925 годов. его творческое наследие пополняется целым рядом религиозно-философских работ, в частности, «Очерки философии культа» – 1918, «Иконостас» – 1922.

     В этот же период Павел Александрович активизирует деятельность на поприще математики и физики. Он являлся профессором ВХУТЕМАСа, участвовал в создании и реализации плана ГОЭЛРО. В научных изысканиях его поддерживал Троцкий, и не исключено, что это обстоятельство стало одним из факторов дальнейших злоключений ученого-священника.

     В 1924 году им была написана крупная монография, посвященная диэлектрикам, и на протяжении 20-ых увидел свет целый ряд менее масштабных научных работ. Так, в 1922 году была опубликован труд научно-философского характера «Мнимости в геометрии». На протяжении 1927-1933 годов. Флоренский выступал редактором «Технической энциклопедии» и написал для нее большое количество статей.

     В 1928 году в его биографии имела место ссылка в Нижний Новгород, но она была короткой благодаря ходатайству Е. Пешковой. Флоренский принял решение остаться в России, хотя ему предоставлялся шанс стать эмигрантом и переехать в Чехию. В начале 30-ых в советских изданиях выходит целый ряд статей, направленных против Флоренского.

     В 1933 году 26 февраля его арестовали и 26 июля приговорили к 10 годам заключения. Отбывать их предстояло в лагере «Свободный» в Восточной Сибири. Прибывшему туда ученому предстояло влиться в научно-исследовательский отдел управления БАМЛАГа. 10 февраля 1934 г. новым местом пребывания стала опытная мерзлотная станция в Сковородино, где Флоренский занимался исследованиями.

     Павла Александровича 17 августа поместили в лагерный изолятор, а 1 сентября спецконвой доставил его в Соловецкий лагерь особого назначения, где с 15 ноября он работал на заводе йодной промышленности. Даже в таких тяжелых условиях Флоренский продолжал делать научные открытия – запатентовано их было более десятка.

     Особая тройка НКВД приговорила его 25 ноября 1937 года к расстрелу. Когда приговор был приведен в исполнение, неизвестно, но официальной датой смерти считается 8 декабря 1937 года. Похоронен Флоренский под Ленинградом на Левашовой пустоши в общей могиле. Посмертно был реабилитирован.

Источник: https://ruspekh.ru/people/item/florenskij-pavel-aleksandrovich

Ссылка на основную публикацию