Старец порфирий кавсокаливит, житие и слова

Порфирий кавсокаливит – древо

Старец Порфирий Кавсокаливит, житие и слова

Статья из энциклопедии “Древо”: drevo-info.ru

Прп. Порфирий Кавсокаливит

Порфирий (Байрактарис) Кавсокаливит (1906 – 1991), архимандрит, преподобный

Память 19 ноября (Греч., Рум.)

В миру Евангелос Байрактарис, родился 7 февраля 1906 года в селении Айос-Иоаннис близ города Карист на острове Эвбея. Его родители были бедные, благочестивые крестьяне.

Свое образование Евангелос получил в двух классах начальной сельской школы. С самого детства он помогал родителям заниматься хозяйством: пасти овец, работать в огороде.

В 8 лет мальчик пошел работать на угольную шахту, а затем за прилавок магазина.

Уже в отроческом возрасте его охватило желание посвятить свою жизнь монашеским подвигам. В 13 лет он отправился на Афон и был принят в Кавсокаливский скит, где прожил в качестве послушника 6 лет, получив в рясофоре имя Никита.

Юноша хотел всю жизнь подвизаться на Афоне, но в возрасте 19 лет получил воспаление легких, которое перешло в плеврит. Старцы приказали ему оставить Афон и поехать лечиться.

Пройдя курс лечения и почувствовав себя лучше, он вернулся на место пострига.

Однако болезнь вновь дала о себе знать, и старцы, видя, что афонский климат может убить их ученика, послали его назад, не благословив возвращаться на Святую Гору.

Он был вынужден вернуться на Эвбею и сначала подвизался в монастыре священномученика Харалампия в Авлонари, а потом в обители свт. Николая Чудотворца в Ано-Вафеа.

В возрасте 20 или 21 года был рукоположен во иеромонаха Синайским архиепископом Порфирием III, который дал ему свое имя.

Вскоре, несмотря на юный возраст батюшки, митрополит Каристский Пантелеимон назначил отца Порфирия монастырским духовником. Это послушание отец Порфирий нес в монастыре св. Харалампия до 1940 г. Многие из окрестных жителей обращались к нему, вереницы людей ждали своей очереди, исповеди длились часами без перерыва.

Прп. Порфирий Кавсокаливит

В 1938 году был возведен в сан архимандрита.

В 1940 году был назначен настоятелем церкви святого Герасима при Афинской поликлинике около площади Омония.

После ухода на пенсию в 1973 году продолжал служить и исповедовать в древнем заброшенном храме святителя Николая в районе Пендели.

В 1978 году с ним случился инфаркт, он несколько месяцев прожил у своих друзей в Афинах, после чего в 1979 году поселился в районе Милеси, где и построил большое подворье с храмом в честь Преображения Господня.

Отец Порфирий никогда не оставлял надежды вернуться обратно на Афон. Когда в 1984 году он узнал, что последний обитатель родной для него Свято-Георгиевской келии оставил ее и перешел жить в монастырь, он поспешил на Святую Гору, в Кавсокаливский скит.

Известны случаи прозорливости старца и исцелений по молитве батюшки.

Скончался 2 декабря 1991 года. По просьбе старца недалеко от келии для него была выкопана могила. В последнюю ночь своей земной жизни старец исповедался, после чего ученики стали читать канон на исход души, а затем по четкам келейное правило великосхимника. Последними словами старца стали евангельские строки: “Да будут все едино”. Затем еле слышно он прошептал: “Гряди” и испустил дух.

Преподобный Порфирий Кавсокаливит. Фреска

27 ноября 2013 года Священный Синод Константинопольского Патриархата принял решение о его канонизации с установлением памяти в день преставления 2 декабря н. ст. [1]. Синодальным решением от 4-5 июля 2017 года его память была также включена в месяцеслов Румынской Православной Церкви.

Говоря о духовных дарованиях старца Порфирия, известный греческий старец Паисий Святогорец говорил: “У него цветной телевизор, а у меня только черно-белый”.

Оценки и критика

Изданная в 2006 году на русском языке книга “Старец Порфирий Кавсокаливит. Житие и слова” [2] подверглась резкой критике со стороны профессора А.И. Осипова [3]. Среди прочего проф. Осипов цитирует слова старца Порфирия, приведенные в указанной книге:

два пути ведут нас к Богу: путь суровый и утомительный, с суровыми сражениями против зла, и легкий путь посредством любви. Многие люди избрали суровый путь, и «пролили кровь, чтобы принять Дух», доколе не достигли великой добродетели. Я нахожу, что самый краткий и верный путь — это путь любви. Им следуйте и вы… Не боритесь за то, чтобы изгнать тьму из клети своей души. Проделайте маленькое отверстие, чтобы проник свет, и тьма исчезнет. То же в отношении страстей и немощей. Не воюйте с ними, но преображайте в силу, презирая зло… Не нужно ни диавола бояться, ни ада — ничего. Должна царствовать любовь ко Христу… Оставьте все немощи, чтобы не узнал о них супротивный дух и не стал мучить вас и погружать в уныние. Не делайте никаких усилий к тому, чтобы освободиться от них… И не говорите: «Боже мой, освободи меня от того-то», — например, от гнева, тоски. Нехорошо молиться или думать о какой-либо определенной страсти… Не сражайтесь с искушением напрямую, не просите, чтобы оно ушло, не говорите: «Убери его, Боже мой!» [4]

Далее проф. Осипов отмечает:

Господь заповедует бороться с грехом до крови (Мк. 9, 43-47). Церковь Великим постом призывает с земными поклонами молиться об очищении от праздности, уныния, любоначалия, празднословия, осуждения…

Истинная любовь к Богу и ближнему приобретается только через борьбу со страстями, немощами, искушениями, через исполнение заповедей Божиих и покаяние, то есть всем тем, что противопоставляется “легкому пути” посредством любви.

Может быть, с наибольшей точностью и силой отвечает на этот вопрос святой Исаак Сирин. Он решительно осудил неразумность стремления к любви подвижника, не препобедившего страстей путем суровых сражений против зла:

«Нет способа возбудиться в душе Божественной любви… если она не препобедила страстей. Ты же сказал, что душа твоя не препобедила страстей и возлюбила любовь к Богу; и в этом нет порядка. Кто говорит, что не препобедил страстей и возлюбил любовь к Богу, о том не знаю, что он говорит.

Но скажешь: не говорил я «люблю», но «возлюбил любовь». И это не имеет места, если душа не достигла чистоты. Если же хочешь сказать это только для слова, то не ты один говоришь, но и всякий говорит, что желает любить Бога…

И слово это всякий произносит как свое собственное, однако же при произнесении таких слов движется только язык, душа же не ощущает, что говорит»

Преподобный Порфирий Кавсокаливит. Икона с сайта Богослов.Ru

Представляет интерес доклад доктора богословия, главного редактора журнала «Синаксис» Афанасиоса Н. Папафанасиу, посвященный личности старца Порфирия [5]. В частности, в нем говорится:

…старец Порфирий не оставил почти ни одного письменного источника. В нашем распоряжении свидетельства людей, рассказы очевидцев, которые, естественно, являются весьма противоречивыми.

В некоторых из них запечатлены суждения старца, в других мнения, которые он выражал из снисхождения к людям, а в третьих, что хуже всего, слова Порфирия преломляются так, чтобы подтвердить убеждения самого рассказчика! На данный момент с этим мы не можем ничего сделать, кроме осуществления уважительной (аккуратной) богословской работы, которая могла бы, возможно, со временем привести к истине…

Старец Порфирий был совершенно не согласен с ведением фронтальной битвы со злом. Он считал, что тот предмет, к которому ты устремляешь ум, на который нацеливаешь свои силы, будет определять твое существование, идет ли речь о том, что ты любишь, или о том, что ненавидишь.

Несомненно, старец был убежден, что жизнь христианина состоит в том, чтобы противодействовать делам сатаны, однако категорично настаивал на том, что сам человек должен обратиться ко Христу, к Его любви и свету. Этот свет и его распространение прогоняет тьму, а не борьба с тьмой как таковой.

Непосредственная борьба с тьмой вводит в центр жизни «крестоносца» тьму, с которой, как предполагается, он сражается!..

Принципиальна его позиция относительно проблемы, которая беспокоила многих в Греции: вопрос о числе 666 и Антихристе. Старец Порфирий отказался ставить в центр своих попечений Антихриста. Он настаивал на том, что сила «печати» заключается не в механическом использовании чисел и символов, а в том, кого принимает человеческое сердце как своего господина…

Старец Порфирий, очевидно, не был общественным богословом. Он был, как я сказал, садовником, делающим прививку, т.е. окулировщиком; и как таковой он привносит ключевые критерии. Его трезвая кротость радикально отличается от почти оскорбительного бреда ревностной агрессивности, которая процветает в наше время под предлогом защиты веры.

«В нашем миссионерском усердии, – говорил он, – будем ненавязчивы… Немного слов… Лучшая миссия – это наш добрый пример, наша любовь, наша кротость». Свидетельства показывают, что старец Порфирий не вторгался в личное пространство человека.

Он не говорил о Боге, если его не просили, и не спешил окроплять святой водой всех присутствовавших, когда не был уверен, что они этого хотят…

Старец испытывал глубочайшее уважение к литургической жизни и к ее освящающей силе.

Однако совсем по-детски однажды выразил свое несогласие со святым Андреем Критским, поскольку в его главном творении, Великом Каноне, преобладает скорбный взгляд, обращенный в преисподнюю, к смерти, в то время как сам Порфирий предпочитал обращать свой взор к любви Христовой.

Когда его собеседница привела в противовес его словам пример из Канона, где святой Андрей повествует о св. Игнатии Богоносце (святом, который выразил пламенную любовь ко Христу), отец Порфирий сказал замечательную фразу: «О, это уже не Канон, это огонь. В этом Каноне пропал Песнописец! Его поглотил, снес святой Игнатий».

Использованные материалы

[1]  “Канонизирован афонский старец Порфирий Кавсокаливит”, портал Православие.Ru, 28 ноября 2013, http://www.pravoslavie.ru/news/66196.htm

[2]  Старец Порфирий Кавсокаливит. Житие и слова. Малоярославец, 2006

[3]  Алексей Ильич Осипов. Об очень важном – http://www.mgarsky-monastery.org/kolokol.php?id=446

[4]  Старец Порфирий Кавсокаливит. Житие и слова. Малоярославец, 2006. Стр. 204

[5]  Доклад доктора богословия, главного редактора журнала «Синаксис» Афанасиоса Н. Папафанасиу, посвященный выдающейся личности старца Порфирия Кавсокаливита. Материал был представлен на XVIII Международной богословской конференции в Бозе (Италия) (8–11 сентября 2010 года); тема форума – «Общение и уединение» – http://www.bogoslov.ru/text/1710327.html

Источник: https://drevo-info.ru/articles/26016.html

Старец Порфирий Кавсокаливит – Слова о воспитании детей

Приснопамятный старец Порфирий ушел из этого мира, но продолжает пребывать в нем своим бессмертным словом, примером, святостью и благодатью, полученной от Христа, Жениха Церкви.

Мы призываем молитвы и благословение старца на молодежь, прихожан, монашествующих — на весь благословенный народ нашей митрополии, а также на всю Полноту Православной Церкви, которой старец уже широко известен и почитается как святой.

Архиепископ Критский Ириней, из предисловия к книге «Старец Порфирий Кавсокаливит, житие и слова»

Книгу «Старец Порфирий Кавсокаливит, житие и слова» прочитали и полюбили тысячи людей. Многие читатели обращаются к нам, чтобы выразить радость, которую они получают от чтения этой книги, и просят нас издать ее небольшими частями для более удобного восприятия. Отвечая этим просьбам, наш монастырь подготовил книгу «Старец Порфирий Кавсокаливит.

Слова о воспитании детей», поскольку очень важно, чтобы взгляды старца на воспитание получили широкое распространение и служили родителям ориентиром в общении с детьми и молодежью.

Опыт во Христе и мудрость святого старца делают его советы не только бесценным духовным сокровищем, но и практическим руководством в таком тонком и жизненно важном вопросе, как воспитание детей.

Современное общество дезориентирует родителей и учителей, не давая им пра­вильного понимания их роли как воспитателей. Поэтому сегодня людям особенно необходимо вдохновенное, проникнутое глубокой любовью и истинной православной духовностью слово старца Порфирия, утверждающее уважение к каждой человеческой личности и указывающее нам путь к спасению.

Желаем родителям, преподавателям, детям и молодежи, чтобы слова и молитвы старца Порфирия поддерживали и направляли их на жизненном пути.

Игумения монастыря в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» в Хрисопиги монахиня Феоксения

Старец Порфирий (в миру Евангелос Байрактарис) родился 7 февраля 1906 года в Греции, на острове Эвбея, в деревне Агиос Иоаннисв области Каристия. Его родители Леонид Байрактарис и Елена из рода Антониоса Ламброса были благочестивыми и боголюбивыми людьми. Его отец был церковным певчим и лично знал святителя Нектария Эгинского.

Семья была многодетной, и родители, бедные крестьяне, не могли ее прокормить, поэтому отец был вынужден уехать в Америку. Там он работал простым рабочим на строительстве Панамского канала.

Маленький Евангелос был четвертым ребенком в семье. Он пас овец в горах и успел окончить только первый класс начальной школы, когда был вынужден из-за крайней бедности отправиться в Халкиду[1] на заработки. Ему тогда было всего семь лет. Мальчик проработал два-три года в лавке, после чего отправился в город Пирей, где еще два года работал в продовольственном магазине одного родственника.

В 12 лет он тайно уехал на Афон, горячо желая подражать святому Иоанну Каливиту, житие которого он прочитал и особенно полюбил.

Благодать Божия привела его в каливу святого Георгия, в скит Кавсокаливия, в послушание к двум старцам, братьям по плоти, — Пантелеймону, который был духовником, и Иоанникию.

Евангелос с великой любовью и полным послушанием предал себя этим двум старцам, которые, по общему признанию, отличались особенной строгостью.

В 14 лет он стал монахом и получил имя Никита, а два года спустя принял великую схиму. В монашестве Господь дал ему дар прозорливости. В девятнадцать лет монах Никита очень тяжело заболел и был вынужден покинуть Святой Афон. Он возвратился на Эвбею, где поселился в монастыре Святого Харалампия.

Год спустя, когда ему было 20 лет, владыка Фостин и архиепископ Синайский Порфирий III рукоположили монаха Никиту во диаконы в праздник святой Параскевы и во священники — в день праздника святого Пантелеймона. Архиепископ дал ему свое имя Порфирий[2]. В 22 года он стал духовником[3], а немного позднее — архимандритом.

Некоторое время старец был настоятелем прихода в деревне Цакеи на Эвбее.

На Эвбее старец Порфирий прожил двенадцать лет в монастыре Святого Харалампия, подвизаясь в духовническом служении и исповедуя людей, и три года в заброшенном монастыре Святителя Николая в Ано-Ватия.

В 1940 году старец Порфирий переехал в Афины, где принял обязанности настоятеля и духовника в храме Афинской поликлиники. Как он сам говорил, прожил он там 33 года как один день, неутомимо совершая духовное делание и облегчая душевную боль и телесные болезни людей.

В 1955 году он переехал в Калисье и поселился в уединенном месте у храма Святителя Николая недалеко от монастыря Пендели близ Афин. Здесь старец с большим усердием возделывал землю и продолжал свой подвижнический духовный труд. Летом 1979 года старец переехал в Милеси (район в Афинах), мечтая построить там монастырь.

Поначалу он жил в фургоне, в совершенно невыносимых условиях, а затем — в келье из цементных блоков, безропотно перенося многие испытания, причинявшие вред его здоровью, и только в 1984 году переехал в готовую келью строящегося монастыря. Несмотря на свои тяжкие болезни и поразившую его слепоту, старец неустанно трудился.

Мечта его осуществилась, когда 26 февраля 1990 года был заложен фундамент монастырского соборного храма Преображения Господня.

Читайте также:  Молитва святому иоанну богослову о семейном счастье и не только

В последние годы своей земной жизни старец Порфирий стал готовиться к кончине. Он хотел удалиться на Святую Гору в свои любимые Кавсокаливии, где отдал бы свою душу ее Небесному Жениху тайно и незаметно — так, как он и жил.

Много раз слышали, как он говорил: «Я и сейчас, состарившись, стремлюсь подняться на Святую Гору и умереть там». Старец принял святую кончину в Кавсокаливиях, в своей каливе, утром 2 декабря 1991 года.

Последними его словами были слова первосвященнической молитвы Господа, которые он особенно любил и часто повто­рял: «Да будут все едино» (Ин. 17,21).

На семье лежит большая часть ответственности за духовное состояние человека

Воспитание детей начинается с момента их зачатия

Воспитание детей начинается с момента их зачатия. Плод в материнской утробе слышит и чувствует. Да, он слышит, а видит глазами матери. Он воспринимает ее движения и чувства, несмотря на то, что ум его еще не развился. Омрачается лицо мамы — омрачается и его лицо, нервничает мама — нервничает и он.

Когда мать чувствует печаль, боль, страх, беспокойство и тому подобное — переживает и он. Если мама не хочет его, не любит, он это тоже чувствует, и маленькая душа получает травмы, которые остаются на всю жизнь. И совсем иначе, когда мать испытывает свя­тые чувства, когда в душе у нее радость, мир, любовь к ребенку.

Таинственным образом она передает ему эти чувства, подобно тому, как происходит и с уже родившимися детьми. Поэтому мать должна любить своего будущего ребенка и ласкать его, гладя свой живот, много молиться во время беременности, читать псалмы, петь тропари, стараться жить праведно.

Это и ей самой приносит пользу, и вместе с тем она духовно трудится ради будущего ребенка, чтобы с самого начала в его душу были посеяны семена святости. Видите, какое это тонкое дело — носить во чреве ребенка? Какая ответственность и какая честь!

Источник: https://libking.ru/books/home-/home/363550-starets-porfiriy-kavsokalivit-slova-o-vospitanii-detey.html

— Старец Порфирий Кавсокаливит Житие и слова Малоярославец, 2006

* Я предал себя послушанию с радостью и любовью. Это послушание

   меня и спасло. Я был в полном послушании у своих отцов.

* Чадо, мой руки и перед едой, и всякий раз, когда мы собираемся идти

   в церковь, потому что входим в святое место и должно быть все чистым.

* Не освободиться от гнева? Значит, эти люди далеки от совершенства.

* Всегда был молчалив, всегда молился, всегда был кроток.

* В обессиленном состоянии я еще более искал Бога.

* Благодаря любви становишься неутомимым.

* Не все монахи хорошие и нужно относиться к ним осторожно.

* Тот, кто учится смирению, привлекает благодать Божию.

* Без благословения можешь впасть в прелесть и потерять благодать

   Божию.

* Тайна духовной жизни – послушание.

* Послушание показывает любовь ко Христу.

* Христос особенно любит послушных.

* Старцы никогда не указывали, что мне делать. Они дали мне четки

   и сказали: — Твори молитву.

* Для чистоты ума я начал заучивать Священное Писание наизусть. Начал с

   начала, с Евангелиста Матфея. Однажды представился случай, и я рассказал старцам первую главу от Иоанна. Услышав это, они отругали меня за то, что

   я выучил без благословения.

* Я не спал, с любовью молился на бдениях. Когда иногда я сидел в стасидии

   то спиной не опирался на нее, чтобы не уснуть.

* Мы не должны мыслить иначе, чем говорит Священное Писание.

* Владыка – есть образ Христов.

* Я стал побуждать людей читать Священное Писание, каноны святым,

   молитовки, делать поклоны.

* Когда кто-либо познает Христа, возлюбит Его и будет возлюблен Им,

   тогда все становится прекрасным, святым, радостным и легким.

* Когда заставляешь человека сильнее прочувствовать грех, он начинает

   противодействовать, чтобы иметь возможность потом не расставаться

   с этим грехом.

* Не только сам человек ответствен за свою ошибку.

* Бог не одержим страстью даже тогда, когда нас наказывает.

* Я с любовью Христовой принимал те души, которые послал мне Бог.

* Расслабляться нельзя, мы должны быть собранными.

* Христос – весь свет, Он всем источает радость и веселие.

* Если у нас будет добрый порядок, а сами мы будем преданы Христу, то

   освятится весь монастырь.

* Желаю, чтобы Воскресение Господа нашего Иисуса Христа воскресило

                                                 = 2 = 

в наших душах всякое благородие и прекрасное чувство. Чтобы оно

   привело нас к святости и победило ветхого человека со страстьми и

   похотьми (Гал. 5, 24).

* Никто не должен желать спасения лишь себе, без спасения других

   людей. Это ошибка – молиться о себе, чтобы спастись самому.

* Когда я уйду из этой жизни, то будет лучше. Я буду ближе к вам.

* Для нас не существует какого-либо страха: ни смерть, ни диавол, ни ад.

  Все это существует для тех людей, которые вдали от Христа, для нехристиан.

* Христианин не придает никакого значения ни диаволу, ни злу. Это его не

   волнует. Единственное, что его волнует, — это любовь, служение Христу и

   своему ближнему.

* Если не войдем в Церковь, не станем едино со здешней, земной Церковью,

   то существует опасность, что потеряем и небесную.

* Там нет земных красот. Там нечто иное, гораздо более высокое.

* Когда мы со Христом, мы во свете.

* Никогда мы не можем иметь и свет и тьму одновременно. Или свет, или

   тьма.

* Наша цель, наше предназначение – стать богами по благодати,

   уподобиться Триипостасному Богу, стать едиными с Ним и между собой.

* Наша религия – это любовь, это Божественная ревность, воодушевление,

   это жажда Божественного. Все это заложено внутри нас. Достижение

   этого – естественная потребность нашей души.

* Для многих религия – это борьба, безпокойство и стресс.

* Если не понять религию в ее глубине, если не жить ею, то религия

   превращается в болезнь, да еще в болезнь страшную.

* Самым главным условием того, что человек воспримет и разглядит

   истину, является смирение.

* Эгоизм помрачает ум человека, запутывает его, ведет к прелести и ереси.

* Очень важно, чтобы человек постиг истину.

* Что лучше? Быть кротким, смиренным спокойным, мирным, иметь в себе

   любовь или быть нервным, унылым и со всеми ссориться?

* В ереси попадают все запутавшиеся люди. Запутавшиеся дети запутавшихся

   родителей.

* Грех запутывает душу человека.

* Наше доброе произволение выражается в нашей любви к Богу, в

   молитве, в участи в жизни Церкви, в таинствах.

* Все, что делается, пусть делается по любви.

* Кто любит мало, тот и дает мало. Кто любит больше, дает больше. А кто

   любит очень сильно, то, что может дать равноценного? Он отдает самого

   себя.

Источник: http://mihailovskaja.church.ua/2014/03/08/starec-porfirij-kavsokalivit-zhitie-i-slova-maloyaroslavec-2006/

Порфирий Кавсокаливит “Житие с Слова” †

Порфирий Кавсокаливит “Житие с Слова” † [Oct. 22nd, 2008|04:23 pm]olga_mayhem
Что-то вроде сказочного приключения, какими мы увлекались в детстве, только быль… А все ради пылкой любви ко Христу.“Моей мечтой было подражать преподобному Иоанну Каливиту”Я родом из деревни Агиос ИоаннисНа Эвбее есть деревня Агиос Иоаннис; оттуда я родом. Мои родители были бедняками, поэтому мой отец покинул деревню и уехал в Америку. Там он работал простым рабочим на строительстве Панамского канала. Мы, крестьянские дети, трудились с малых лет: поливали сад, огород, ухаживали за скотиной, бегали повсюду, куда нас посылали взрослые. Я с малого возраста пас животных в горах. Я был наивным и застенчивым. В школу я походил лишь в первый класс и почти ничему не научился, потому что учитель болел. Там, где я сторожил овец, я по слогам прочитал житие святого Иоанна Каливита. Тогда мной овладело пламенное желание уйти из мира и стать монахом. Хотя я никогда не видел ни монаха, ни монастыря, не знал ничего.Когда мне исполнилось семь лет, мать послала меня в Халкиду на работу в один магазин. В то время в магазинах продавали все: скобяные изделия, ключи, винты, замки, веревки, а также сахар, рис, кофе, перец и все то, что сейчас есть в лавке бакалейщика. Магазин был большой. Там уже работали два паренька. Когда я пришел, все стали мною распоряжаться, и я делал то, что мне говорили. Все отдавали мне приказания, и я носился повсюду. Между тем ребята устроились поливать цветы хозяйки на балконах. Они ходили по очереди через день. Когда пришел я, они навалили на меня все — и уборку, и цветы. Однако я не подозревал ничего плохого. Все исполнял и ходил туда, куда меня посылали.Однажды, подметая магазин, я заметил на полу, около собранной мною кучи мусора, рассыпанный кофе. Там было штук пятнадцать немолотых зерен. Я наклонился, собрал их на ладошку и пошел, чтобы бросить их в мешок с кофе. Хозяин находился в своем кабинете, стены которого были из стекла, и увидел это. Он позвал меня:— Ангел, — так меня, маленького, все называли. — иди сюда!Я подошел к нему.— Что у тебя в руке?— Кофе, — говорю. — Я нашел зерна на полу и собрал их.Он стал звать: и— Тасос, Аристос, Яннис, Иоргос!!!Один был на складе, другой еще где-то. Но так как хозяин кричал, то пришли все. Тогда хозяин открыл мою руку,— Вы видите? — спросил их. — Что это?— Зерна кофе, — отвечают.— Где ты их нашел, Ангел?— Они были разбросаны по полу, — говорю я, — я собрал их и пошел бросить в мешок с кофе.Хозяин прочитал им целое нравоучение. Что там происходило! Там было мотовство и транжирство. Разбрасывали все то тут, то там…— С сегодняшнего дня вы установите очередь и на поливку цветов, и на все другое, — сказал хозяин. — Одну неделю — Аристос, другую — Тасос, третью — Ангел.Хозяева любили меня и хорошо ко мне относились. Они приглашали меня наверх, к себе домой, чтобы я пел им те тропари, которые знал. Они по своей доброте часто брали меня туда. Они оценили тот мой поступок.Через два года я уехал в Ширей; чтобы работать в магазине одного из своих родственников. Магазин находился на холме, на улице Цамаду. Это была бакалея вместе с таверной. Каждый день туда приходило много народу за покупками, и часто клиенты оставались, чтобы перекусить и выпить в таверне. Ночевал я наверху, в мансарде.В глубине души я решил стать пустынникомОднажды в лавку зашли два старичка. Они попросили у меня две сардинки и половину ока 2 вина. Я им сразу принес. Один старик говорит другому:— Где найдешь то вино, которое я пил на Святой Горе! Такого вина я не находил нигде.— Ты был на Святой Горе? — спрашивает другой.— Да, однажды уехал со своей родины, с острова Митилини, из Каллони, и приехал на Святую Гору. Там мы и пили моноксилитское вино. Что это было за вино!Тот спрашивает его снова:— Ты уезжал туда, чтобы подвизаться?— Да, хотел стать монахом, но не смог, не выдержал. Как я раскаивался потом в том, что не остался там!Я слушал их разговор внимательно, потому что задолго до них заходили какие-то монахи и раздавали брошюрки. В одной из них было написано о жизни святого Иоанна Каливита, о котором я читал по слогам, когда пас овец в своей деревне, как я уже вам говорил. Его житие я прочитал снова на мансарде при свете карманного фонарика, прочитал с трудом, потому что был почти неграмотным. Жизнь святого так воодушевила меня, что я захотел подражать ему. Но о Святой Горе я не знал ничего. Между тем старичок продолжал: — Я хотел подвизаться и ушел. Как хорошо было там! Я видел подвижников, пустынников, святых людей, которые старались стяжать любовь к Богу, подвизались в пустыне в посте, злостраданиях и молитвах. Но я оставил все это и вернулся в мир, где впутался в тысячу мучений. Я всегда вспоминаю о том и жалею, что не остался там, а впал здесь в миру в такие муки, связанные с заботой о семье, детях, в такую суету, страдания, что трудности жизни поставили меня на колени. И я постоянно вспоминаю то время…Старики вскоре ушли, но мои мысли остались там, на Святой Горе, о которой рассказал один из них. С того момента мною овладело горячее желание уехать туда. Меня не оставляла мысль, что я смог бы осуществить свою мечту — подражать святому Иоанну Каливиту.Через два дня старик пришел вновь. Он жил по соседству. Я подхожу к нему и втайне от других спрашиваю:— Расскажи мне, кир Антоний, хорошо там, на Святой Горе?— А-а, ты все слышал тогда. Сейчас я не могу тебе ничего рассказать. Поговорим об этом в другой раз.Кир — по-гречески господин, уважительное обращение к старшим.И ничего мне не сказал. Ушел. Я же не мог думать ни о чем другом. В глубине души я решил стать пустынником. Но как? Я не знал, как попасть на Святую Гору. У меня не было денег. Да я и не представлял, что сказать хозяину.Когда кир Антоний снова пришел в лавку, я тайно от других спросил его о Святой Горе, и тогда он рассказал мне все. Но как, однако, я мог бы туда удалиться? Что бы я сказал?Скиталец ради любви ХристовойЦелыми днями я ходил унылый и задумчивый. Хозяин заметил это, подходит ко мне и спрашивает:— Почему ты такой? Что с тобой происходит?И тогда я вынужден был солгать. Я сказал, что узнал от одного моего земляка, когда выходил из лавки за продуктами, что мать моя больна, и я бы хотел поехать повидать ее. Хозяин поверил мне, дал денег на билет, продукты для матери и с сочувствием проводил меня.Я побежал на корабль и отправился на Святую Гору! Моя мечта начала сбываться. Корабль проходил через Халкиду, через Волос, а потом через Салоники. Но когда корабль отошел недалеко от берега, меня охватила печаль. Я хотел достичь своей цели, но боялся и жалел своих родителей, которые, не зная, где я, стали бы беспокоиться. Я не выдержал и, когда корабль пристал к Лимне Эвбейской, спустился с него и на другом корабле вернулся обратно в Пирей.Там я пришел к своим хозяевам и сказал, что мать моя выздоровела. Я продолжал работать, как и прежде. Но не совсем так, как раньше. Я был задумчив, все время молился, ел мало, делал поклоны. От такой жизни я похудел, изменился.— Что с тобой, Ангел, — спрашивали меня, — что с тобой? Мы видим, каким ты стал задумчивым и очень худым, дитя. Мы любим тебя и хотим, чтобы ты был здесь, но, может быть, ты хочешь поехать к родителям?— Да, — говорю я им, — хочу поехать.— Езжай, если хочешь, повидайся с ними и, когда приедешь, найди нам для магазина какого-нибудь хорошего юношу, такого, как ты.Они снова дали мне денег, продуктов, сладостей, какие-то бутылки с ликером «Пиперман», иного чего еще другого. Хозяин привел меня на корабль и купил мне билет до Халкиды.Это был корабль, который шел в Халкиду, затем — Эдипсо, Волос, Салоники, Святая Гора, Дафни. Корабль назывался «Афины». Я поднялся. Корабль отошел от пристани. Была ночь, когда мы отплывали. Шли всю ночь. Пришли в Халкиду. Когда корабль остановился, матросы закричали: — Кто в Халкиду? Кто в Халкиду? Я — молчок, не говорю ничего, притаился в углу и молчу. Корабль отчалил от халкидской пристани. Однако когда мы прибыли в Эдипсо, матросы нашли меня, потому что проверяли билеты.— Почему ты не сошел в Халкиде? — спросили меня.— Я спал, — отвечаю.— И что теперь? — спрашивают меня. — Ты должен заплатить.— У меня мало денег, — говорю им.— Ну, ладно, — согласились они.И оставили меня так, без денег. Тогда деньги-то были такие — пятаки да двугривенные. А у меня едва-едва набралась бы одна драхма.Когда в Волосе мы спустились на берег, меня охватила великая тоска. Я все плакал и плакал. Я думал, что навсегда уезжаю из мира, что родители меня потеряют и будут горевать. Думал о своих братьях и сестрах. Мне перехватило дыхание, и я решил вернуться обратно.В Волосе корабль простоял несколько часов и отошел от пристани, дал гудок и взял курс на Салоники. Я остался на причале, потому что хотел вернуться обратно. Ночью я поднялся в горы, плакал и молился. На другой день я нашел корабль, который шел по тому же направлению — на Салоники. Поднялся на него. Но так как деньги у меня закончились и потому не было билета, я спрятался на корме, чтобы меня не согнали на берег. И вот матросы спросили у меня билет. У меня его не было, и они стали ругаться на меня.Я сидел на лавочке по левому борту и смотрел на море. Я произносил один ирмос, которому научил меня отец, церковный певчий. Этот ирмос поют в родительскую субботу. В ирмосе этом сказано: Житейское море воздвизаемое зря напастей бурею, к тихому пристанищу Твоему притек, вопию Ти: возведи от тли живот мой, Многомилостивее. Я говорил: «Боже мой, жизнь — это бурное море, и я, путешественник по этому бурному морю, прошу Тебя, чтобы Божественный Твой промысел управил меня в пристань, где бы безмолвствовала душа моя, в пристань, где есть Ты, Мир». Я произносил эти слова, скорее же тихо-тихо пел и плакал, потому что у меня было глубокое чувство того, что я оставил мир, то есть своих родителей. Да и какое мне было дело до мира, он меня не волновал совершенно. Только родители. Я был маленьким и помнил лишь родителей и скорбел о том, что оставил их.Наступил полдень. Люди обедали на палубе. В то время было так. Сидели семьями. Напротив меня была женщина с мужем и тремя детьми. Я сидел и смотрел на море. В какой-то момент ко мне подходит женщина, потому что пришли матросы и спрашивали мой билет, которого у меня не было: увидев, что я — нищий ребенок, поворачивает меня за плечо и дает мне кусок хлеба, на котором три связки мелкой рыбешки — камсы. Раньше их связывали по три штучки такой травкой, веничной соргой, и поджаривали на сковороде. Рыбешки связывали, пропуская травку через глазки, обваливали в муке и жарили. Не знаю, делаете ли вы так. Я поблагодарил ее: — Спасибо, большое спасибо!Несколько других женщин, которые сидели рядом, похвалили ее:— Браво, очень хорошо! Как ты догадалась? А нам в голову не пришло.Но она, повернувшись к ним, говорит:— На таких детей, на беспризорников, не надо обращать внимания и что-нибудь давать им. Но что же делать? Мы же люди.Я, бедненький, услышав слово «беспризорник», в душе обрадовался, потому что подумал, что я и правда беспризорник. Я стал скитальцем ради любви Христовой и просил:— Христе мой, спаси меня, управи меня! Прибыли в Салоники. Сошли с корабля. Я незнал, куда идти. Пошел в храм Святого Димитрия, приложился. Встал на колени и плакал, прося святого помочь мне доехать и стать пустынником. Это было моей мечтой. Потом я поднялся высоко на холм и пришел к небольшой церковке — часовне. Она была закрыта, но снаружи стояла лавочка. Там я провел всю ночь. Я много плакал, хотел снова вернуться домой, к родителям. Для меня это было искушением. Три раза я возвращался назад. Когда я рыдал, я произносил и слова молебного канона к Богородице, которому меня научил мой отец. «Не презри моление мое, полезно сотвори», — повторял я и плакал. Так и заснул.Забыл сказать, что подарки, которые дали мне с собой хозяева, когда я отправлялся якобы домой, я раздал каким-то солдатам на корабле. Раздал шоколадки, бутылки с розовой водой и «Пиперманом» и таким образом разгрузился. Они недоумевали, почему я все это отдаю – ведь я был маленьким, — но взяли.Итак, как я вам уже сказал, я заснул возле часовенки. Проснулся утром, спустился к морю, сел на корабль — не выдержал искушения — и снова вернулся в Пирей. Что сказать, долгая история!Я принял окончательное решение уехать и не возвращатьсяПосле всех блужданий, отъездов и возвращений прошло немного времени, и я принял окончательное решение уехать и не возвращаться. Я решил больше не сходить с корабля. Снова уехал из Пирея на Святую Гору и больше не возвращался. Это был третий мой отъезд, последний после стольких бедствий.В Салоники мы прибыли в субботу к вечеру. Тогда в городе всем заправляли евреи, поэтому в субботу никто не работал. Стояла мертвая тишина, все было закрыто. Ни кораблей, ни рейсов. Все спустились на берег, чтобы купить что-нибудь поесть. Я остался на корабле, боясь искушения. Боялся, как бы со мной не приключилось чего-нибудь, что не позволит достигнуть моей цели. Я дал одному человеку пятнадцать лепт, он мне принес хлеб и скумбрию, и я поел. Все целый день прождали в порту, потому что, как я уже сказал, никто не работал.После обеда на корабль стали подниматься монахи. Я смотрел на них с восхищением. Впервые я видел монахов в рясах. Я стоял у трапа и оттуда видел всех, кто проходил. Вот стал подниматься высокий старец, почтенный, с длинной бородой, навьюченный котомками. Он подошел ко мне, сел на скамейку и велел мне сесть рядом с ним.— Куда едешь, чадо? — спросил он.— На Святую Гору, — ответил я.— И зачем ты туда едешь? Я скрыл правду и сказал:— Еду работать.— Приезжай в Кавсокаливию, — говорит он. — Я живу там со своим братом на каливе в пустыне. Приезжай, чадо, туда. Все вместе будем славить Христа. Читать умеешь, чадо? — спросил он меня.И я ответил:— Послание Христа, послание Богородицы, житие святого Иоанна Каливита. Я не очень-то грамотный.Он ничего не сказал об этих книгах, хороши они или нет.— Поезжай со мной, — говорит он, — у нас есть там работа, будем тебе платить. А… может быть, и в монахи тебя пострижем!Заслышав это слово, я слегка улыбнулся. Тогда он говорит мне:—- Послушай, чадо, не огорчайся тому, что я тебе скажу. На Святую Гору малолетних ребят не принимают. Ты мал, и таким запрещено давать разрешение на въезд.Мое лицо помрачнело.— Но не бойся, — говорит он. — Мы немножко обманем, и Бог простит нас. Перед Богом это будет не ложью, а правдой, потому что ты любишь Христа и хочешь поехать на Святую Гору служить Ему. Так вот, если кто тебя спросит: «Кто тебе этот старец?» — ты отвечай: «Это мой дядя». А я буду говорить, что ты — мой племянник, сын моей сестры.На корабль поднялось много других монахов. Наступил вечер. Все монахи собрались вместе и достали еду. Сели и мы рядом. Старец дал мне хлеб, чтобы я поел.— Что за мальчик с тобой, святый отче? — спрашивали все.— Сын моей сестры, племянничек мой. Сестра моя умерла, а сиротку я взял с собой.Произошло великое чудо промысла БожияВсю ночь мы плыли. Утром, около десяти часов, прибыли в Дафни. Все монахи взяли свои котомки с покупками, сделанными в Салониках за проданное рукоделие. Спустились по трапу корабля. Нас ждал баркас. Моему старцу отдали предпочтение, потому что он был духовником. Мы первыми сели в баркас и причалили к берегу. Но как только сошли на берег, произошло неожиданное. Старец немного отошел в сторону, чтобы поставить свои котомки. В ту же секунду подходит ко мне высокий солдат в юбке и красной феске с черной кистью, хватает меня и бросает снова в баркас, который уже отчаливал от берега, чтобы привести других монахов.— Что тебе здесь надо? — закричал он. — Детям запрещено! Убирайся обратно на корабль!Я заплакал. Баркас стал отчаливать. Но в тот момент старец увидел, что происходит, подбежал и стал кричать:— Стой, верни ребенка, это мой ребенок! Баркас вернулся. Я получил свободу.И тогда говорит ему Сердарис — так звали солдата, стража Святой Горы. В то время они носили белые юбки и красные фески. Богатыри. Они присутствовали всегда, везде, на всех церемониях. Итак, Сердарис ему говорит:— Отче, ребенка нельзя брать с собой.— Я его возьму с собой — это мой племянничек, — отвечает ему старец. — Это сын моей сестры, и я не могу его бросить. Он — сирота, пропадет.— Да, но меня накажут за то, что я пропустил ребенка.— Не волнуйся. Оставь это мне. Я скажу старцам, чтобы тебя не наказывали.Так вместе со старцем, «моим дядей», который стал и моим духовником, звали его Пантелеймон, мы поднялись в скит. Этим я хочу сказать, что Бог явил мне, смиренному, много чудес. Его десница явно защищала меня повсюду. Так и в этом случае Божий промысел привел меня в руки святого старца и духовника, который стал покровительствовать мне. Бог послал его, и этот старец спас меня. Произошло великое чудо промысла Божия. Он во многом помог мне. Но прежде всего его великая помощь была в том, что я, такой юный, смог приехать на Святую Гору, в то время как это запрещалось. И о монашестве я ничего не знал. Но Бог помог мне.Как я сказал вам, мы добрались до скита. С тех пор началась иная жизнь. Жизнь во Христе: службы, повечерия, утрени, вечерни, всенощные бдения. Жизнь благодатная!
Читайте также:  Храм «всех скорбящих радость» на ордынке, адрес и расписание богослужений

Источник: https://olga-mayhem.livejournal.com/28511.html

Порфирий Кавсокаливит – Цветослов советов

Настоящая книга является собранием духовных наставлений и советов Старца Порфирия Кавсокаливита (1906–4991) – одного из самых известных подвижников среди знаменитых афонских старцев второй половины XX в. При составлении сборника были использованы все из–ветные книги и публикации, посвященные отцу Порфирию.

Содержание:

Выражаем нашу горячую благодарность уважаемому господину Константиносу Караколи, доктору богословия, воплотившему в жизнь свой замечательный творческий замысел – на основе различных книг и периодических изданий об отце Порфирии составить сборник духовных наставлений и советов Старца.

Свой труд автор любезно подарил нашему исихастириону[1].

Безусловно, любому христианину будет полезно иметь в своем распоряжении сборник богомудрых наставлений отца Порфирия, в котором, благодаря группировке по темам, каждый вопрос получает всестороннее освещение.

Постоянное углубленное изучение духовных вопросов необходимо верующим для достижения духовной зрелости и совершенства. Перечитывая книгу по второму и третьему разу, мы углубляем свое понимание текста.

Следовательно, тот факт, что кто‑то уже читал некоторые из книг, на основе которых составлен настоящий сборник, вовсе не означает, что знакомство с ним будет излишним.

Наоборот, внимательное прочтение этой книги принесет большую пользу, потому что читатель сможет сопоставить различные советы и наставления отца Порфирия по каждому конкретному вопросу, таким образом увидев его во всестороннем освещении. Чем глубже мы вникаем в один вопрос, тем лучше начинаем понимать и другие. Так, правильное понимание истинного смирения приводит к верному пониманию истинной любви, сердечного покоя, прощения ближних и т. д.

Мы от всего сердца желаем, чтобы эта книга помогла многим и многим православным христианам в их духовной жизни, в стяжании духовного вйдения, и просим читателей не забывать и нас в своих молитвах.

Священный женский исихастнрион Преображения Господня, Милеси, i5 августа 2002

Несколько слов о той книге, которую вы сейчас держите в руках. Постараюсь говорить просто и открыто и начну с моей первой встречи с отцом Порфирием.

Со Старцем я познакомился после Пасхи 1980 года. Когда я впервые его увидел, он отдыхал на своей скромной кровати в простой, построенной из цементных блоков келье в Милеси в Аттике. Было заметно, что он только что оправился от тяжелой болезни, поэтому говорил с трудом.

Я опустился на колени возле отца Порфирия и попросил его благословить меня и дать несколько своих благословенных, идущих прямо от сердца наставлений. Конечно, я не могу рассказать вам мою исповедь. Скажу только, что Старец многое мне открыл. Я был поражен его даром прозорливости.

Он говорил со мной какое‑то время, насколько ему позволяли силы и насколько я мог воспринять в меру моего духовного несовершенства. Позже я встречался с ним еще два раза, но нам уже не удавалось побеседовать, у Старца всегда было много посетителей. Однако его святое смирение и великая любовь преподали мне прекрасный урок.

Читайте также:  Избавительница икона божией матери в чем помогает, как молится

Знаете, что значит видеть человека Божия, просвещенного, умиротворенного, отягощенного многими болезнями и тем не менее днем и ночью принимающего людей без жалоб и ропота? Его сердце всегда было открыто для всех.

Полагаю, что стоит кратко описать основные этапы жизни отца Порфирия. Так мы сможем лучше понять эту книгу и духовно насладиться обществом Старца.

Отец Порфирий родился в 4906 году в очень бедной, но благочестивой семье в селе Агиос Иоаннис в Каристии на острове Эвбея[2]. Все его образование составляли два класса начальной школы. Грамоте, по его словам, он научился, читая Евангелие и церковные богослужебные книги. Чтобы материально поддержать семью, его отец уехал на строительство Панамского канала. Маленький Евангелос, так звали Старца, работал на огороде и пас в близлежащих полях нескольких овец, принадлежащих их семье. Там он и прочитал житие святого Иоанна Колова[3]·. Святой образ этого преподобного глубоко запал в его душу, и он решил подражать ему.Еще совсем юным, в возрасте 43–44 лет, он отправился на Святую Гору Афон. Там он остановился в скиту Кавсокаливия[4] и стал послушником в келье, где жили два очень добрых, но строгих старца. С ними он прожил 5–6 лет. Там отец Порфирий узнал, что такое монашеская жизнь, что такое “совершенное”, “приносящее радость”, как он говорил, послушание, что такое чистая любовь к Богу. Там он, искренний и чистый юноша, получил дар прозорливости. Неожиданно отец Порфирий очень серьезно заболел, и Бог показал, что хочет послать его в мир, чтобы он мог, по данной ему благодати, воодушевлять, вразумлять, утешать и наставлять там людей. Молодой монах вернулся на родину, на остров Эвбею, и остановился в монастыре Святого Харалампия в Авлонари. Там его тяжелая болезнь прошла. В возрасте двадцати лет он встретился с Синайским архиепископом Порфирием, который, поразившись горними дарованиями молодого монаха, посвятил его в иеромонахи, дав свое имя – Порфирий. Представьте себе, он в деталях описал архиепископу монастырь на Синае, хотя сам никогда там не бывал!

Источник: https://profilib.org/chtenie/59972/porfiriy-kavsokalivit-tsvetoslov-sovetov.php

Кавсокаливит Порфирий – Поучения

Давайте бескорыстно раздавать всем свою любовь, не обращая внимания на их отношение

Превыше всего — любовь, — всегда говорил Старец. — Нашей заботой, чада мои, должно быть — как любить других, нужно заботиться о душе другого человека. Что бы мы ни делали — молитву, совет, указание, — будем делать с любовью.

Без любви молитва не приносит пользы, совет уязвляет, а указание приносит вред и разрушает другого человека, который чувствует, любим мы его или нет, и реагирует соответствующим образом.

Любовь, любовь, любовь! Любовь к нашему брату подготавливает нас к большей любви ко Христу. Разве это не прекрасно?

Давайте будем бескорыстно раздавать всем свою любовь, не обращая внимания на их отношение. Когда войдет в нас благодать Божия, тогда мы не будем интересоваться тем, любят нас или нет, хорошо ли с нами разговаривают. Мы будем ощущать необходимость любить всех. Это эгоизм — желать, чтобы другие люди любезно с нами разговаривали. Пусть противоположное поведение не огорчает нас.

Позволим другим разговаривать с нами так, как они чувствуют. Не будем просить любви, — говорил Старец. — Наше стремление должно быть направлено на то, чтобы любить их и молиться за них от всей души.

Тогда мы заметим, что все нас любят без всяких усилии с нашей стороны, без нашей просьбы о любви с их стороны. Они будут любить нас свободно и искренне от глубины сердца, без насилия с нашей стороны.

Когда мы любим, не стремясь, чтобы любили нас, тогда все будут собираться вокруг нас, как пчелы. Это действенно для всех.

Если твой брат доставляет тебе беспокойство, утомляет тебя, то подумай так: Сейчас у меня болит глаз, рука, нога: я должен ухаживать за ними со всей своей любовью (1 Кор. 12, 21). Но не будем думать, что будем вознаграждены за это якобы добро или что будем наказаны за сотворенное нами зло.

Когда любишь любовью Христовой, тогда приходишь в познание истины. Тогда ты не ищешь того, чтобы тебя любили. Это зло. Ты любишь, ты даешь свою любовь. Это правильно. Спасение зависит от нас. Этого желает Бог. Как говорит Священное Писание: …хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2,4).

Болезнь становится настоящим благодеянием

Геронда Порфирий считал болезни величайшим благословением Божьим. Как известно, он сам был очень болезнен. Бог попустил, чтобы этот блаженный Геронда был испытан многими недугами. Больше всего он страдал от страшных головных болей вызывающих обморочные состояния, находясь в которых Геронда уже не мог общаться с людьми.

Однако неоднократно Геронда, когда того требовала настоятельная необходимость, даже будучи близок к обмороку от боли, продолжал, по благодати Божией давать свои советы пренебрегая своей болезнью и заботясь только лишь о преуспеянии и спасении ближних.

Через призму немощей и боли старец Порфирий видел явление Бога в человеке. Когда человек страдает, он явственно ощущает свою немощь. Он не может найти для себя опору в самом себе, потому что сила его покинула.

И тем не менее, он хочет преодолеть эти трудности, и вручает себя любви и человеколюбию Божию. Общение с Богом через непрестанную молитву, предание своей жизни в руки промысла Божия дают его бытию настоящую силу, которая исходит от Бога и ведет ко спасению. То есть к единению с Богом и причастию жизни Троичного Божества.

Когда мы спрашивали Старца о том, как он себя чувствует, он нам отвечал. Переживая столь тяжелое испытание он находил в себе силы чтобы открыть нам великую истину: «Бог нас любит безмерно и хочет чтобы мы стали для Него своими, чтобы мы полностью предали Ему самого себя».

«Весь живот наш Христу Богу предадим»… Когда болезнь отнимает у нас уверенность в своих собственных силах, нам становится легче достичь этого состояния. И тогда болезнь для нас становится настоящим благодеянием. Поэтому Геронда и говорил: «Не просите Бога о том, чтобы выздороветь. Он знает, что для вас полезно, и действует по Своей бесконечной любви, которую Он имеет к человеку».

Молитесь, чтобы я стал хорошим, а не о том, чтобы мне было хорошо

В тот день, когда отцу Порфирию предстояло оперировать катаракту на глазе, одна девушка, духовное чадо Старца, взяла с собой других девушек, и они пошли в лес. Там они проливая потоки слез молились об исцелении своего Старца.

Спустя какое — то время, старец Порфирий позвал ее к себе и спросил: «Почему ты собираешь девушек и вы плачете обо мне в лесу?» «Потому что, Геронда, — ответила она, — мы хотим чтобы вы исцелились». И что же ей ответил Геронда? «Молитесь о том, чтобы я стал хорошим, а не о том, чтобы мне было хорошо» — таковы были его слова.

Иеромонах Андрей — врач дерматолог, незадолго до своей смерти принявший монашеский постриг на Святой горе, когда был клириком храма святого Георгия в местечке Неа Палатия в Оропосе, часто навещал Старца.

Однажды он попросил у отца Порфирия разрешения, как врач дерматолог, посмотреть его руку. На правой руке у Старца, в добавок к остальным его болезням, была повреждена кожа, так что одно время он даже заматывал эту руку бинтами. Этот случай я передаю так, как мне рассказал его сам отец Андрей.

Геронда дал ему осмотреть свою руку. После этого отец Андрей купил мазь и принес ее отцу Порфирию. «Пользуйтесь этим кремом, Геронда, — сказал он, — и через несколько дней ваша рука станет совершенно здоровой». «Отец Андрей, — ответил Геронда, — это воспаление на руке мне попущено Богом. И теперь ты пришел чтобы забрать у меня то, что дал мне Бог?» Сказав это Геронда отказался взять мазь…

Разве те, что живут одни в пещере, помогают Церкви?

Когда входите в монастырь, пусть ваша душа открывается навстречу любви Божией, — говорил Старец. — Там все освящено, столько душ молится и подвизается, живет жизнью Божией. Освященные души — вот в чем величие монастыря.

Душа имеет огромные силы, которые отражаются и на окружающем мире. Так и освященные места влияют на нас и возвышают.

Когда я нахожусь в таких местах, то, прежде чем успею помолиться, тотчас освященное место возвышает меня до небес, как, например, Патмос, Святая Гора и другие.

Монах кажется неотмирным, не очень общительным. Кажется, что он заботится лишь о своей душе, что ничего не приносит Церкви, миру. Но это не так. Церковь своим существованием и сохранением на протяжении стольких лет обязана монашеству. Человек, который входит в монастырь и все отдает Христу, отдает это Церкви.

Возможно, кто — то спросит: «Разве те, что живут одни в пещере, помогают Церкви?» Да, пещерники Церкви помогают таинственно. Живущий в пещере, может быть, и не сажает деревья и сады, не пишет книги, не делает еще чего — то, что помогло бы жизни и преуспеянию, но он там творит, развивается и обсаживается. Подвижники живут в пещере, чтобы никто не отрывал их от духовной жизни.

Своей теплой и чистой жизнью, а главным образом своей молитвой они помогают Церкви. Я вам скажу нечто, что покажется вам преувеличением. Но, чада мои, я хочу, чтобы вы мне поверили. Речь идет о приношении монаха, которое состоит в молитве. Послушайте меня внимательно.

Предположим, что у нас есть семь богословов — священно — проповедников, которые проводят святую жизнь. Их красноречие непревзойденно. У каждого — свой приход, в котором по десять тысяч прихожан. Каждый день их слово слышат семьдесят тысяч человек. Слушая их, тысячи людей умиляются, каются, обращаются ко Христу, спасаются целыми семьями.

Но один монах, которого никто не видит, который сидит в какой — нибудь пещере, своей смиренной молитвой оказывает гораздо большее влияние. Один по сравнению с семерыми имеет большие плоды. Вот так я считаю и уверен в этом. Вот каково значение молитвы монаха. Он сидит в своей келий один, но волны его молитвы доходят до всех людей, даже если они далеко.

Молитвой монах участвует во всех людских проблемах и творит чудеса, — закончил Старец. — Значит, его вклад больше, чем у самого достойного священнопроповедника.

— Где у вас болит, геронда Порфирий?

— Везде…

— И тем не менее, вы счастливы! А что мне делать, Геронда, чтобы обрести радость в жизни?

— Читай Священное Писание, ходи в церковь, имей духовника, причащайся Святых Тайн, — одним словом будь доброй христианкой. Тогда ты найдешь ту радость, которую ищешь. Ты видишь, что я сейчас болен, но я счастлив. Так и ты, когда немного приблизишься ко Христу, обретешь радость в своей жизни…

«Молись не о том, чтобы Бог избавил тебя от различных твоих болезней, — сказал мне однажды Геронда, — но о том, чтобы тебе посредством умной молитвы пребывая в терпении, умиротвориться. Это принесет тебе очень большую пользу».

«Не проси Бога облегчить тебя от различных болезней, не принуждай Его к этому в своих молитвах, но с неизменной стойкостью и терпением переноси их и увидишь, какую от этого получишь пользу».

Молитвы об успехе операции

Одна наша очень хорошая знакомая, необычайно благочестивая женщина сильно заболела.

Когда ей сказали о необходимости операции, она стала подавать записочки священникам, монахам, и по монастырям, чтобы за нее молились.

Когда мы попросили и Старца помолиться о болящей, он сказал: «О! Сколько молитв об ее исцелении, как я вижу, восходят к Богу!» По молитвам церкви операция прошла удачно, и эта женщина поправилась.

Благодать Божия действует по вере людей

Как — то Старец рассказывал:

Однажды раз ко мне пришла некая монахиня. Заметив у нее на руке опухоль величиной с грецкий орех, я говорю ей:

— Давай, я покажу тебя профессору (тогда я служил в храме при поликлинике).

— Я пришла сюда не для того, чтобы показаться профессору, но чтобы повидать вас, Геронда — отвечает она.

Я благословил ее, перекрестил ее руку и отослал обратно в монастырь. Вскоре опухоль рассосалась.

У другой женщины, на исповеди моим душевным очам было открыто, что у нее рак груди.

— Ты здорова? — спрашиваю ее. — У тебя что — то есть.

— Да, Геронда. Но я стесняюсь сказать о своей болезни.

— Иди сейчас вот здесь, рядом, к такому — то врачу, и скажи ему от моего имени, чтобы он тебя посмотрел, а затем приходи, и расскажешь о результатах.

Когда она вернулась, то сказала, что у нее действительно обнаружили раковую опухоль. Врачи отправляли эту женщину на обследование, и через три дня она должна была лечь на операцию.

Тогда я опустился на колени, сказал ей чтобы она тоже стала рядом, и велел творить про себя молитву. Я тоже стал молиться про себя. Затем осенив эту женщину крестным знамением, я, согласно рекомендации врачей, отослал ее на обследование.

Когда спустя три дня она пришла на операцию, то оказалась совершенно здоровой. Опухоль бесследно исчезла.

Врач, сам не свой, спускается ко мне в храм, и говорит:

— Геронда, что ты такое сделал этой женщине, что она стала совершенно здоровой. Если бы три дня назад я своими глазами не видел эту опухоль, и своими руками не прощупал ее, я бы ни за что не поверил что она там была.

— Многое видят мои глаза, — закончил Старец Порфирий. — Множество чудес. Благодать Божия действует по вере людей…

Верь, что и в наше время случаются чудеса. Потому что «Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13, 8).

Источник: https://fanread.ru/book/10259026/?page=33

Ссылка на основную публикацию