Старцы псково-печерского монастыря

Последний из плеяды великих старцев — ОдигитриЯ

Старцы Псково-Печерского монастыря

«В субботу, 28 апреля, на 97-м году жизни в Псково-Печерском монастыре отошел ко Господу архимандрит Адриан (Кирсанов) — последний из плеяды великих духовников и старцев, подвизавшихся в Псково-Печерском монастыре со второй половины прошлого века. Царствие Небесное и вечная память рабу Божию архимандриту Адриану!»

Архимандрит Адриан (Кирсанов) (1922 — 2018), насельник Псково-Печерского Успенского мужского монастыря (в миру Кирсанов Алексей Андреевич), родился 17 марта 1922 года в деревне Турейке Орловской области в крестьянской семье. Рано остался без отца, рос болезненным и слабым.

Однажды мама, у которой на руках после смерти мужа было трое детей, отправила его в город Орёл к доктору. В городе тогда была всего одна действующая церковь, Алексей вошёл в неё к началу литургии и не смог уйти, ощутив, что там — его дом.

Тогда же ему было откровение: с иконы, перед которой остановился Алексей, сошла Пречистая Дева, а икона в видении Алексея преобразилась в поле брани.

До 1941 года работал слесарем на заводе. Когда началась Великая Отечественная война был эвакуирован в Таганрог на аэродром в военном городке. Перед занятием города немцами участвовал во взрыве цехов. Пробрался домой, где прятался дома и в лесах с партизанами.

При освобождении малой родины советскими войсками вступил в армию. Вскоре попал в Коломну, где охранял гаубичные пушки. Потом комиссия нашла у него болезнь сердца и Алексея призвали работать на завод имени Лихачёва в Москву. Там он проработал до 1953 года.

В 1953 году отправился в Троице-Сергиеву лавру с намерением вступить в число братии. Поначалу наместник лавры архимандрит Иоанн (Разумов) хотел было отправить «простоватого» просителя домой, но потом смягчился и принял послушником — мыть посуду.

Твёрдо держался своего места в обители. Когда больная мать, сообщая о пожаре в котором сгорел их дом, просила его оставить обитель и заработать денег на новый дом, не покинул лавры.

Вместо этого он стал усердно молить святителя Николая Мирликийского помочь его больной матери.

Тогда ему неожиданно принесли сумку с деньгами и анонимной запиской — передать эти деньги матери монаха, у которой сгорел дом.

Исполнял послушание трапезника, затем — заведовал производством свечей.

В Успенский пост 1957 года был пострижен в монашество наместником лавры архимандритом Пименом (Извековым), с наречением имени Адриан. Был рукоположен во иеродиакона.

В 1970 году был рукоположен в священный сан.

Вскоре после рукоположения почувствовал способность помогать бесноватым. Получил на это благословение патриарха Московского и всея Руси Алексия I. С утра под его кельей собирались толпы невменяемых, буйных, зачастую оставленных всеми людей. В 5 часов утра отец Адриан их исповедовал, потом читал молитвы, изгоняющие злого духа.

Заботами отца Адриана многие исцелялись и преображались — успешно работали и исповедовали Христа. Однако его деятельность была не по нраву многим — как со стороны атеистических властей, так и со стороны завистников и блюстителей внешнего благообразия обители.

После инцидента, когда при виде отца Адриана беснование внезапно проявилось у одной видной американской туристки, из руководства ЦК КПСС последовало распоряжение «Убрать Адриана из Лавры в 24 часа».

26 августа 1975 года он был переведен в Псково-Печерский Успенский мужской монастырь. Батюшка тяжело перенёс расставание с любимой обителью, много страдал, открылась язвенная болезнь. Но как только пошёл на поправку, опять стал исповедовать душевнобольных.

Продолжал это служение до 1990 года, затем стал принимать людей, приехавших за исцелением и советом, с мирскими просьбами и бедами. Известны случаи его прозорливости, чудесные исцеления по его молитвам.

Продолжал старческое служение и по достижении 90-летнего возраста.

С 1975 по 1978 год — братский духовник Псково-Печерского Успенского монастыря.

Последние годы много пребывал в молитвенном бдении, был молчалив.

Источник: http://www.odigitria.by/2018/05/02/poslednij-iz-pleyady-velikix-starcev-pskovo-pecherskogo-monastyrya/

За благодатью в Псково-Печерский монастырь

Уроки, которые мы получаем, посещая святые места, бесценны. Старец Паисий Святогорец говорил так о милостыне: «Если бы на месте нищего был Сам Христос, то, что я дал бы ему?» Вот и здесь у ворот Псково-Печерского монастыря встречает паломников юродивый Коля. Он, улыбаясь, подходит к каждому, представляясь «Я Коля».

Те, кто приезжают сюда не первый раз, подсказывают, кто он и добавляют: «Коле всегда подают». Но он радуется не только деньгам, но и леденцам, которые остались с дороги. Благожелательность и искренность, даже какая-то беззащитность юродивого трогают каждого туриста.

Коля — местный завсегдатай, подскажет, к примеру, куда нужно пройти, чтобы разместиться в Доме паломника.

Псково-Печёрский монастырь – единственная обитель России, никогда не закрывавшаяся. Она расположена в котловине, окруженная возвышенностями. С одной из них – вход в иноческий мир, особый город монахов, к жизни, которой нужно относиться с особым почтительным отношением.

                        
               

Одна из фотографий с монахом удалена — слишком сурово и даже с некоторой болью прозвучали слова инока: «А вдруг фотографию со мной вы разметите непонятно где». После этих слов приходится выбирать особые ракурсы, чтобы не искушать монахов и не получить очередной нагоняй.

Дорогу от ворот до церкви Успения назвали Кровавой, после визита в монастырь Ивана Грозного. В 1570 году царь был зол на игумена Корнилия, что когда тот встретил его у входа. Мученическая смерть старика произошла от жесткости Ивана IV – он отрубил мечом голову. Гнев сменился раскаянием — царь сам понес бездыханное тело в храм. Кровь капала на дорогу, а прихожане прозвали ее кровавой.

Но для сегодняшних верующих, вид, который открывается от ворот храма, удивляет своей красотой, да и многие так и не знают, что именно здесь несколько веков назад разыгралась ужасная трагедия. На данный момент Корнилий причислен к лику святых.

Богом зданные пещеры

Псково-Печерская обитель — одна из православных святынь Руси, которую старается посетить любой верующий человек. Непостижимая тайна монашества и чудо обители заставляют прикоснуться и приблизиться к просвещению и пониманию многих истин. Богом зданные пещеры — ядро монастыря.

Иноки каждый день собираются здесь для молитвы об усопших. Но несколько веков назад, когда были найдены захоронения, монахи здесь жили. Особенность ходов в постоянной температуре. Зимой здесь тепло, а летом прохладно. Помимо этого необъяснимого факта удивляют и другие моменты.

Запаха разложения тела здесь нет. Пещеры находятся на глубине 15-10 метров. В них насчитывается уже боле 10 тысяч захоронений. Для непросвещенного человека цифра кажется преувеличенной, ведь на экскурсии паломники видят от силы несколько сотен имен. Ответ прост.

Туристам показывают лишь мизерную часть удивительного места.

На улицах намоленного подземелья нет света. Поэтому при входе посетителям раздают свечи. Они и помогают разобрать надписи на табличках и даже заглянуть туда — в саму пещеру, где находятся гробы. Страха не возникает, и даже когда инок-экскурсовод открывает дверь- икону, то за ней видно гробы, которые устанавливаются друг на друга.

Стены и потолок Богом зданных пещер состоят из песчаника. Никогда осадочная порода не обрушилась. Среди людей, которые захоронены в монастыре — представители родов Пушкина, Кутузова, Плещеева, Назимова, Мусоргского. Но сейчас здесь хоронят исключительно монахов.

В выходные паломников желающих исповедоваться так много, что очередь желающих находится на улице. Помимо благодати присутствия утром на братском молебне, Таинства Исповеди и Причастия.

Есть возможность после литургии получить благословение у старца. Вот и в этот раз старец Никон давал наставления, вразумлял. Он словно видел каждого человека насквозь. И общение с умудренным сединами в схиме монаха, становился для некоторых откровением и уроком. Одна из женщин, задав вопрос, получила порицание: «Почему совсем в храм не ходишь, не молишься».

Монастырский сад Псково-Печерского монастыря

В подражание раю практически у каждого монастыря есть свой сад. В Псково-Печерской обители прямо под пещерами растут деревья, кустарники, цветы. Место так и называется Святая горка. Особый поздний сорт сирени радует сиреневым цветением. Прекрасный ландшафт становится еще прекраснее, когда пробежит белочка,  дрозд занят поиском пропитания в траве.

P. S. Печоры — городок советских времен. Унылые вывески, отсутствие современной харизмы городского мегаполиса делает посещение города особенно запоминающимся. До войны Печоры входили в состав Эстонии. Кирха св. Петра как раз тех времён.

Даже связь здесь оплачивается по международным тарифам. Мегафон обескураживающе для туристов сообщает «Добро пожаловать в Эстонию».

Организаторы паломнических туров в Воскресенском районе:

  • 8-916-276-89-95 (Елена)

Источник: http://vosblog.ru/kopilka-sovetov/dukhovnoe/1388-blagodatyu-pskovo-pecherskij-monastyr

Великие старцы Псково-Печер​ской обители

» ВРЕДНЫЙ ОТЕЦ НАФАНАИЛ » 

Архимандрит Нафанаил (Поспелов). Фото автора статьи

Если бы в то время кто-то предложил назвать самого вредного человека в Печорах, то без сомнений услышал бы в ответ только одно имя – казначей Псково-Печерского монастыря архимандрит отец Нафанаил. Причем в этом выборе были бы единодушны священники и послушники, монахи и миряне, коммунисты из печорского управления КГБ и местные диссиденты. Дело в том, что отец Нафанаил был не просто вредный. Он был очень вредный.

К тому времени, когда я узнал его, он представлял собой худенького, с острым пронзительным взглядом преклонных лет старца. Одет он был и зимой и летом в старую застиранную рясу с рваным подолом.

За плечами обычно носил холщовый мешок, а в нем могло быть что угодно – и сухари, пожертвованные какой-то бабкой, и миллион рублей. И то и другое в глазах отца казначея являло собой чрезвычайную ценность, поскольку было послано в обитель Господом Богом.

Все это достояние отец Нафанаил перетаскивал и перепрятывал по своим многочисленным потаенным кельям и складам.

Финансы монастыря были полностью в ведении и управлении отца Нафанаила. А тратить было на что: каждый день в обители садились за стол до 400 паломников и 100 монахов. Надо было обеспечивать бесконечные монастырские ремонты, новые стройки, да еще ежедневные житейские потребы братии, да помощь бедным, да прием гостей, да подарки чиновникам… Да и многое что еще.

Читайте также:  Молитва о сыне матери - православные иконы и молитвы

Как отец Нафанаил один справлялся со всеми этими финансовыми проблемами, не ведомо было никому. Впрочем, на его плечах лежало и все монастырское делопроизводство.

А еще – составление устава для ежедневных длинных монастырских богослужений, обязанности монастырского секретаря, ответы на письма людей, обращавшихся в монастырь по самым разным вопросам, и, наконец, он делил с отцом Наместником труды по весьма, как правило, неприятному общению с официальными советскими органами.

Все эти обязанности, от одного перечисления которых всякому нормальному человеку должно было бы стать плохо, отец Нафанаил исполнял с таким вдохновением и скрупулезностью, что мы иногда сомневались, осталось ли в нем что-то еще, кроме церковного бюрократа.

Ко всему прочему на отце казначее лежала обязанность надзора за нами – послушниками.

И можно не сомневаться, что исполнял он это дело со свойственной ему дотошностью: подглядывал, высматривал, подслушивал – как бы мы чего не сотворили против уставов или во вред монастырю.

Хотя, честно признаться, присматривать за послушниками действительно было надо: приходили мы из мира в обитель изрядными разгильдяями.

Была у него еще одна фантастическая особенность: он всегда появлялся именно в тот момент, когда его меньше всего ждали.

Скажем, увильнет монастырская молодежь от послушания и расположится где-нибудь на гульбище древних стен отдохнуть, поболтать, погреться на солнышке. Как вдруг словно из-под земли появляется отец Нафанаил.

И, тряся бородой, начнет своим трескучим, особенно невыносимым в такие минуты голосом выговаривать, да так, что послушники готовы сквозь землю провалиться, только чтобы закончилось это истязание.

В своем усердии отец Нафанаил в буквальном смысле не ел и не спал. Он был не просто аскетом: никто, например, никогда не видел, чтобы он пил чай, а только простую воду. Да и за обедом съедал еле-еле пятую часть из того, что подавалось. Каждый вечер он непременно приходил на ужин в братскую трапезную, но лишь с той целью, чтобы, сидя перед пустой тарелкой, придирчиво наблюдать за порядком.

При этом энергия его была изумительна. Мы не знали, когда он спит. Даже ночью в окнах его кельи через ставни пробивался свет. Старые монахи говорили, что в своей келье он либо молится, либо пересчитывает горы рублей и трёшек, собранных за день.

Все это несметное богатство ему еще надо было аккуратно перевязать в пачки, а мелочь разложить по мешочкам.

Когда он заканчивал с этим, то начинал писать руководство и пояснения к завтрашней службе: никто, как отец Нафанаил, не разбирался во всех особенностях и хитросплетениях монастырского уставного богослужения.

Но даже если ночью свет в его келье и выключался, все отлично знали, что это вовсе не означает, что мы хотя бы на время можем считать себя свободными от его надзора. Нет, ночь напролет в любое мгновение отец Нафанаил мог появиться то там, то здесь, проверяя, не ходит ли кто по монастырю, что было настрого запрещено.

Помню, как-то зимней ночью мы, просидев допоздна в гостях у кого-то из братии на дне ангела, пробирались к своим кельям. И вдруг в пяти шагах от нас из темноты выросла фигура отца Нафанаила. Мы замерли от ужаса.

Но через несколько мгновений с удивлением поняли, что на этот раз казначей нас не видит. И вел он себя как-то странно. Еле волочил ноги и даже пошатывался, сгорбившись под своим мешком.

Потом мы увидели, как он перелез через низкий штакетник палисадника и вдруг улегся в снег прямо на клумбу.

«Умер!» – пронеслось у нас в головах.

Мы выждали немного и, затаив дыхание, осторожно приблизились к нему. Отец Нафанаил лежал на снегу и спал. Просто спал. Так ровно дышал и даже посапывал. Под головой у него был мешок, который он обнимал обеими руками.

Мы решили ни за что не уходить, пока не увидим, что будет дальше, и, спрятавшись от света фонаря в тени водосвятной часовни, стали ждать. Через час мы, вконец закоченевшие, увидели, как отец Нафанаил внезапно бодро поднялся с клумбы, стряхнул запорошивший его снежок и, перекинув мешок за спину, как ни в чем ни бывало направился своей дорогой.

Тогда мы совершенно ничего не поняли. И лишь потом давно знавшие казначея монахи объяснили, что отец Нафанаил просто очень устал и захотел удобно поспать. Удобно в том смысле, что лежа. Поскольку в своей келье он спал только сидя. А чтобы не нежиться в кровати, предпочел поспать в снегу.

Впрочем, все, что касалось образа жизни печорского казначея в его келье, было лишь нашими догадками. Вредный отец Нафанаил никого в свой сокровенный внутренний мир не допускал. Да что там говорить – он никого не пускал даже в свою келью! Включая всесильного отца Наместника.

Хотя это и казалось совершенно невозможным, чтобы Наместник отец Гавриил куда-то в своем монастыре не мог войти. Тем более что келья казначея находилась не где-нибудь, а на первом этаже в доме, где жил Наместник, прямо под его покоями. Конечно, мириться с таким положением вещей для хозяина монастыря было невозможно.

И вот однажды отец Наместник после какого-то праздничного обеда, будучи в чудесном расположении духа, объявил отцу Нафанаилу, что не откладывая идет к нему в гости попить чайку.

Несколько человек из братии, находившиеся рядом в тот момент, сразу поняли, что сейчас произойдет нечто потрясающее ум, душу и всякое человеческое воображение. Упустить возможность увидеть такое событие было бы непростительно. Так что благодаря свидетелям сохранилась описание этой истории.

Отец Наместник торжественно и неумолимо двигался по монастырскому двору к келье отца Нафанаила. А казначей семенил за его спиной и с великим воплем убеждал отца Наместника отказаться от своей затеи. Он его умолял заняться чем-нибудь душеспасительным, полезным, а не праздными прогулкам по ветхим, совершенно никому не интересным комнатушкам.

Он красочно описывал, какой у него в келье беспорядок, что он не прибирал в ней двадцать шесть лет, что в келье невыносимо затхлый воздух… Наконец в полном отчаянии отец Нафанаил перешел почти к угрозам, громко размышляя вслух, что ни в коем случае нельзя подвергать драгоценную жизнь отца Наместника опасности, которая может его подстерегать среди завалов казначейского жилища.

– Ну, хватит, отец казначей! – уже с раздражением оборвал его в конце концов Наместник, стоя перед дверью кельи. – Открывайте и показывайте, что у вас там!

Было видно, что, несмотря на сердитый тон, отца Наместника разбирает настоящее любопытство.

Осознав наконец, что теперь никуда не деться, отец Нафанаил как-то вдруг даже повеселел и, молодцевато отрапортовав положенное монаху «Благословите, отец Наместник!», прогремел ключами и отверз перед начальством заветную дверь, которая четыре десятилетия до этого момента приоткрывалась лишь ровно на столько, чтобы пропустить худенького отца Нафанаила…

За широко распахнутой дверью зияла полнейшая, непроглядная тьма: окна в таинственной келье днем и ночью были закрыты ставнями. Сам отец Нафанаил первым прошмыгнул в этот черный мрак. И тут же исчез, как провалился. Во всяком случае, из кельи не доносилось ни звука.

Отец Наместник вслед за ним осторожно вступил за порог двери и, неуверенно крякнув, пробасил:

– Что ж у вас тут так темно? Электричество-то есть? Где выключатель?

– Справа от вас, отец Наместник! – услужливо продребезжал из непроницаемой тьмы голос казначея. – Только ручку протяните!

В следующее мгновение раздался душераздирающиий вопль отца Наместника, и какая-то неведомая сила вынесла его из тьмы казначейской кельи в монастырский коридор.

Вслед за ним на свет стремительно вынырнул отец Нафанаил. В долю секунды он запер за собой дверь на три оборота и бросился к ошеломленному Наместнику.

Охая и ахая, казначей принялся сдувать пылинки и оправлять рясу на отце Наместнике, взахлеб причитая:

– Вот незадача, Господи помилуй! Этот выключатель… к нему приспособиться надо. Сломался еще в шестьдесят четвертом, на Покров Божией Матери, аккурат в день, когда Хрущева снимали. Знак! Утром отвалился выключатель – вечером Никиту сняли! С тех пор я этот выключатель назад не возвращаю.

И ни-ни, никаких электриков – сам все наладил: два проводка из стены торчат: соединишь – горит свет, разъединишь – гаснет. Но приспособиться, конечно, надо, это правда! Но не все сразу, не все сразу!..

Так что, отец Наместник, милости просим, сейчас я дверку снова отворю, и грядем с миром! Теперь-то вы знаете, как моим выключателем пользоваться. А там еще ох много интересного!

Но Наместника к концу этой юродивой речи и след простыл.

При всем при том отец Нафанаил был действительно образцом послушания, писал длиннющие оды в честь отца Наместника, в честь Псково-Печерского монастыря, а также сочинял нравоучительные стихотворные проповеди в пять листов.

***

Вредность отца Нафанаила простиралась и на могучее Советское государство, особенно когда оно слишком бесцеремонно вмешивалось в монастырскую жизнь. Говорят, что именно отец Нафанаил дал особо тонкий совет великому печорскому Наместнику архимандриту Алипию, когда даже тот был в некотором затруднении от напора и грубости властей.

Источник: http://orthodoxpantry.blogspot.com/2011/09/blog-post.html

​30 апреля 2018 года митрополит Псковский и Порховский Евсевий совершил Божественную Литургию и чин отпевания архимандрита Адриана (Кирсанова) в Свято-Успенском Псково-Печерском монастыре

В Псково-Печерскую обитель Владыка митрополит прибыл накануне вечером.

Дорогого Архипастыря встречал наместник монастыря архимандрит Тихон (Секретарев) с братией и Преосвященнейший Игнатий, епископ Армавирский и Лабинский.

В Успенском храме обители Владыка митрополит приложился к чудотворной иконе Успения Пресвятой Богородицы, поклонился святым мощам преподобномученика Корнилия Псково-Печерского и другим святыням обители.

На следующий день в Сретенском храме обители, где пребывал гроб с телом почившего архимандрита Адриана, митрополит Евсевий возглавил Божественную Литургию.

Его Высокопреосвященству сослужили Высокопреосвященнейший Лев, митрополит Новгородский и Старорусский, Преосвященнейший Игнатий, епископ Армавирский и Лабинский, Преосвященнейший Тихон, епископ Егорьевский, Преосвященнейший Фома, епископ Гдовский, викарий Псковской митрополии, наместник Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря архимандрит Тихон (Секретарев), наместники монастырей, благочинные церковных округов, настоятели и клирики храмов митрополии, а также священнослужители Русской Церкви, собравшиеся в этот день проститься с дорогим их сердцу архимандритом Адрианом. Своим пением богослужение украсили братский хор Псково-Печерской обители под управлением инока Олега (Гладышева) и любительский хор монастыря под управлением Ивана Секретарева. Многочисленные верующие со всех концов страны прибыли в этот день в Псково-Печерский монастырь, чтобы проводить в последний путь своего духовника и старца архимандрита Адриана (Кирсанова).

По окончании Литургии гроб с телом почившего был перенесен на Успенскую площадь обители, где духовенство и архипастыри во главе с митрополитом Евсевием совершили чин отпевания новопреставленного старца.

Читайте также:  Православные действующие монастыри россии - православные иконы и молитвы

Перед началом отпевания Псковский Владыка обратился ко всем собравшимся и сказал: «Дорогие архипастыри, всечестные отцы, всечестной отец наместник архимандрит Тихон, братия святой обители, все наши дорогие паломники и все православные христиане, пришедшие помолиться и попрощаться с нашим дорогим и близким нашему сердцу, старцем, духовником архимандритом Адрианом!

На небе много звезд, и каждая звезда, как сказано, «разнствует во славе своей». И сегодня мы испытываем печаль и скорбь, прощаясь с одной звездой, которая померкла над нашей святой обителью.

Угас тихий, мирный светильник нашей Церкви и насельник святой обители, подвижник наших дней и исповедник прошлых лет от богоборческой власти.

Сегодня мы прощаемся и провожаем в путь вечной жизни известного духовника, старца отца архимандрита Адриана.

Перед вами стоит архиерей, который был с ним связан 60 лет. В 57-м году прошлого столетия мы первый раз встретились с архимандритом Адрианом в Троице-Сергиевой Лавре. И с того момента наше духовное общение с ним не прекращалось.

В своей жизни он принял иго Христово и пошел путем смирения и кротости по образу Христа: «Возьмите иго Мое на себе и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем. И обрящете покой душам вашим».

Вот архимандрит Адриан и взял пример с Самого Господа, послушался Его гласа и последовал за Ним по пути кротости и смирения. Преданный Господу и Его святой Церкви, он принял в своей жизни особый крест быть молитвенником святой нашей Православной Русской Церкви.

И молитвенником не простым, а исповедником, который отстаивал и утверждал святую веру православную, укреплял верующий народ своей чистой молитвой и добрым отеческим словом.

Да, ушедшие десятилетия были непростыми. Была гонима наша Церковь, были гонимы те, кто исповедовал святую православную веру. Не остался в стороне и отец Адриан. В своем роде он тоже стал гоним, притесняли его представители богоборческой власти. Нам известны такие моменты, когда он и сильным мира говорил свое слово.

Когда его спрашивали: «Вы исповедуете? Вы изгоняете бесов?», то он со смирением отвечал: «Да, делаю это». И был тогда своего рода антихрист – человек неверующий и далекий от Церкви. И он спросил отца Адриана: «Вы и меня отчитаете?». И отец Адриан говорит: «Отчитаю».

И через некоторое время он был, мягко говоря, переведен, а в общем-то изгнан, из Троице-Сергиевой Лавры в Псково-Печерский монастырь.

Но к нему шли. Иногда явно, иногда тайно, потому что к нему пройти-то было непросто. Его молитва, его кроткая и тихая исповедь помогала людям утверждаться в вере, бороться с невзгодами, притеснениями и различного рода испытаниями.

Мы помним его всегда кротким, тихим и смиренным, с детской улыбкой, утешающей собеседника. Своей тихостью и всепрощением он оставил светлую память в сердцах, тех, которые близки были к нему и имели с ним духовное общение. Наша архиерейская жизнь тоже нелегкая.

И я благодарен Богу за то, что когда я пришел на Псковскую теперь митрополию, то я был утешен со стороны старцев.

Прежде всего, отца протоиерея Николая Залитского, отца архимандрита Иоанна, нашего братского духовника, да и не только братского, но и всероссийского, а можно сказать и всемирного, потому что и из других стран приходили к нему на исповедь и за советом.

Слава Богу, в Лавре преподобного Сергия мы имели общение с нашими лаврскими духоносными старцами: архимандритом Кириллом, архимандритом Тихоном, архимандритом Наумом и другими, которые пришли из заключения и первые годы проходили послушание в Лавре.

Но когда я прибыл сюда на Псковскую кафедру, то и здесь я встретил дорогих, милых и близких моему сердцу отца Иоанна, который много раз посещал нашу Троице-Сергиеву Лавру, отца Адриана, который был переведен сюда из Лавры и которого я встретил там в свое время еще будучи студентом семинарии 60 лет тому назад.

А теперь мы прощаемся с ним в этой жизни. Совершим же святую молитву, чтобы Господь милостью Своей причислил его к лику избранников и святой Троице-Сергиевой Лавры, и святой Псково-Печерской обители. Сказано: «Несть человек, иже жив будет и не согрешит», прожив на этой грешной земле.

Поэтому мы теперь и помолимся о прощении каких-то недостатков покойника, чтобы Господь причислил его к лику святых Своих избранников, чтобы и нас архимандрит Адриан не забыл в своей молитве у престола Божия.

Царство Небесное, вечный покой нашему дорогому старцу, кроткому и смиренному по образу Христа, отцу архимандриту Адриану, которого ныне с молитвой мы провожаем в путь всея земли к избранникам Божиим в Небесное Царство».

Затем было совершено отпевание старца архимандрита Адриана, по окончании которого гроб с телом новопреставленного был пронесен крестным ходом по Успенской площади Псково-Печерской обители в Богом Зданные пещеры, где почивший отец Адриан обрел последнее земное пристанище.

В завершение митрополит Евсевий особо отметил: «Святейший Патриарх наш Московский и всея Руси Кирилл прислал свое соболезнование в связи с кончиной старца нашего архимандрита Адриана.

Его напутственные слова: «Со святыми упокой старца архимандрита Адриана». Да будет вечная жизнь нашего старца со святыми! Это пожелание святейшего Патриарха Кирилла и всех нас.

Со святыми упокой, Христе, раба Твоего, старца архимандрита Адриана!».

Источник: http://pskov-eparhiya.ru/article/1251

Псково-Печерский монастырь

Псково-Печерский монастырь – единственный на территории России, который никогда не закрывался.

Псково-Печерский монастырь

Мало кто знает, что во время последней угрозы его закрытия в хрущевские времена монахи-фронтовики были готовы отстаивать монастырь от безбожников, как Сталинград от фашистов. Их решимость не была посрамлена. Случилось чудо.

Псково-Печерский монастырь

Архимандрит Алипий: солдат Великой Отечественной, воин Христов

Когда в монастырь приехал уполномоченный по делам религии с приказом о закрытии, наместник монастыря, участник Великой Отечественной войны архимандрит Алипий (Воронов) (1914-1975), открыто отказался подчиниться безбожной власти.

Иеродиакон Прохор (Андрейчук) пересказал мне эту историю со слов архимандрита Нафанаила (Поспелова) (1920-2002), бывшего в 1960-х годах казначеем. Уполномоченный вручил наместнику указ о закрытии, арх. Алипий стал читать его по слогам, дожидаясь, пока нагреется электрокамин (камин о. Нафанаил купил по просьбе наместника несколькими днями раньше, когда о.

Алипий узнал о цели предстоящего визита). Как только камин разогрелся, он бросил в него указ и сказал: «Я лучше приму мученическую смерть, но монастырь не закрою. Если захотите силой, знайте, что у меня шестьдесят монахов, из них две трети – участники войны. Они будут сражаться до последнего человека.

А я откопаю петровские пушки, и мы устроим вторую оборону Сталинграда. Вам останется только бомбить нас с самолета, но вы этого не сделаете, потому что рядом Европа – узнает мировая общественность».

Неизвестно, отступило бы партийное начальство окончательно, но в это время монастырь посетила премьер-министр Индии Индира Ганди. Она была потрясена тем, что увидела (по воспоминаниям о. Нафанаила, в пещерах монастыря она плакала), и, очевидно, сделала неплохую рекламу – сюда одна за другой стали приезжать иностранные делегации, и вопрос о закрытии отпал.

Богом зданныя пещеры

История Псково-Печерского монастыря берет начало со своих знаменитых пещер, которые были открыты за 80 лет до основания монастыря, в 1392 году. В XIV веке на склоне нынешней Святой горы монастыря рос густой лес (сейчас здесь насаженный монахами сад и храм Преподобных Псково-Печерских отцов).

Как рассказывает летопись, местный крестьянин Иван Дементьев рубил там деревья, одно из них повалилось под гору, и под его корнями открылось устье пещеры. Над нею была начертана надпись: «Богом зданныя пещеры». Кем и когда сделана эта надпись, неизвестно.

По местному преданию, здесь жили иноки, бежавшие из Киево-Печерской лавры от набегов крымских татар. Основателем же монастыря был даже и не монах, а супружеская пара: священник Иоанн Шестник и его матушка Мария. Они поселились в этих местах в поисках пустынной жизни и покаяния.

От суровой работы матушка заболела и перед кончиной приняла постриг с именем Васса. Когда она скончалась, отец Иоанн, совершив чин отпевания, закопал гроб с телом при входе в пещеры. На следующий день он обнаружил гроб на поверхности. Решив, что пропустил какое-то место в чине отпевания, о. Иоанн совершил чин вновь и опять закопал гроб.

Но когда чудо повторилось, он увидел в нем Божию волю, сделал в стене нишу и поставил туда гроб. После этого гроб никуда не исчезал, причем от него не исходило никакого дурного запаха. С тех пор всех насельников монастыря хоронят в Богом зданных пещерах, не засыпая землей. А чудеса у гроба инокини Вассы продолжаются и сегодня.

Как рассказывают монахи, в начале XX века какие-то вандалы пытались вскрыть ее гроб. Неизвестно, искали они драгоценности или хотели надругаться над святыми мощами, но из гроба вышел огонь и попалил их. Следы этого чудесного огня хорошо видны на гробе.

После смерти жены отец Иоанн также принял монашеский постриг с именем Иона. В 1473 году им была достроена первая монастырская церковь – сейчас главный собор монастыря во имя Успения Божией Матери. День освящения храма – 15 августа 1473 года – считается датой основания Псково-Печерского монастыря.

Читайте также:  Отчитка молитвами от порчи и для изгнания беса

Сегодня мощи основателей монастыря – прп. Вассы и прп. Ионы покоятся у самого входа в монастырские пещеры. Приложиться к ним можно ежедневно с 10 до 18 часов. Дальше пещеры разветвляются на семь подземных галерей (улиц), которые в разное время удлинялись и расширялись.

Пятая и шестая улицы называются братскими, так как в их стенах погребают только насельников монастыря. В других галереях захоронены благочестивые паломники и защитники обители. В стенах установлены плиты с именами усопших. Предположительно в пещерах захоронено около 10 тысяч человек.

В пещерах очень темно и довольно холодно. Идти по ним без сопровождения нельзя, необходимо взять разрешение в братском корпусе у дежурного монаха.

Возможно, вам пойдут навстречу и присоединят к запланированной экскурсии или даже организуют новую (группа не должна превышать 30 человек).

Но если вы едете на один день, то необходимо заказать экскурсию заранее по факсу 8 (81148) 22-145, в котором указать конкретный день и количество паломников. Заявки по факсу принимаются ежедневно с 8.00 до 23.00.

По средам и пятницам доступ в пещеры закрыт. Это связано с изменением микроклимата пещер из-за многочисленных посещений. Веками там держалась температура +5 градусов. Теперь воздух иногда прогревается до +11 – такое потепление угрожает сводам пещер. Чтобы сохранить естественную температуру, и введены профилактические дни .

Рядом с входом в пещеры устроен ход на Святую гору. На горе находится храм Псково-Печерских преподобных, освященный в 1995 году. Это довольно необычный – клетский храм, какие строили на Севере при основании новых монастырей.

Основную часть храма составляет клеть – простой сруб небольших размеров, характерный для русской избы. Как и в пещеры, на Святую гору можно пройти только в сопровождении кого-либо из насельников обители. Не пускают паломников на Святую гору только в гололед или ранней весной, когда все тает.

С горы открывается дивный по красоте вид на монастырь и его окрестности.

Старчество

Монастырь привлекал паломников во все времена. Кто-то ехал к святыням, кто-то – за советом старца. В 1822 году в Печеры приехал император Александр I .

Услышав о подвижнической жизни одного из насельников, старца Лазаря Прозорливого, который на третий день после смерти, подобно Лазарю Четверодневному, восстал из гроба и прожил еще 16 лет, повторяя: «Смерть грешников люта», император просил о встрече с ним.

В беседе старец сказал государю: «Признаю делание правды светилом для Царя пред Отцом Небесным. Жизнь царя должна служить примером для подданных. Помни, государь, что нам остается недолго жить на земле…»

Среди особо почитаемых старцев обители – недавно канонизированный прп. Симеон (1869-1960), подвизавшийся в обители 67 лет, из них 33 – в схиме. Старец был известен даром прозорливости и исцелений. Сохранилось много письменных свидетельств людей, получивших исцеление по его молитвам. Последний урок смирения явил старец даже в своей кончине.

По откровению от Господа он ждал ее 15 января 1960 года, в день памяти преподобного Серафима. Но наместник монастыря архиепископ Алипий забеспокоился, что смерть старца, подготовка к похоронам и сами похороны совпадут с подготовкой к празднику. Поэтому он просил старца помолиться об отсрочке кончины. «Ты наместник, я послушник, будь по-твоему», – ответил о. Симеон.

Почил старец в крещенский сочельник, а хоронили его уже после Крещения. Причисление иеросхимонаха Симеона к лику святых Псково-Печерских состоялось 1 апреля 2003 году, и нетленные мощи старца были перенесены из пещер в Сретенский храм. Попасть в келью прп. Симеона можно ежедневно после 14 часов, взяв благословение благочинного.

В среду в Сретенском храме в 6 утра служится братский молебен у мощей преподобного Симеона.

В 1967 году насельником монастыря стал один из самых почитаемых православными людьми старцев – исповедник архимандрит (тогда иеромонах) Иоанн (Крестьянкин) (1910-2006).

Последние годы жизни он тяжело болел и мало кого принимал, но в 1970-1990-х годах люди со всей страны (а иногда и из заграницы) приезжали к нему за советом и утешением. Сегодня келья отца Иоанна открыта для паломников по субботам и воскресеньям с 10 до 13 часов.

Все здесь сохранилось как при жизни батюшки. Стены завешаны иконами, портретами, фотографиями.

Келья совсем не «аскетическая», очень уютная, с многочисленными подарками от чад: например, ночником в виде часовни, рядом с ним – желтый цыпленок-сувенир, который дарят на Пасху. На столике у окна – вазы с цветами. Дежурный священник мажет вас маслицем.

Чудотворные иконы

Открытая крепость

Главные святыни монастыря – икона Успения Божией Матери и образ «Умиление». Обе иконы находятся в Успенском храме. С иконой Успения, перед которой горит неугасимая лампада, связана не менее героическая история, чем «оборона» монастыря в хрущевские времена.

Летом 1581 года стотысячная польско-литовская армия двинулась на Псков. Войско польского короля Стефана Батория подошло к стенам монастыря. Защищали обитель всего три сотни стрельцов. Вражеские войска обстреляли монастырь из пушек, разбили стену.

Тогда монахи принесли к пролому главную монастырскую святыню – икону Успения Пресвятой Богородицы. Осажденные молились, и Матерь Божия услышала их молитвы – стрельцам удалось отразить все приступы. Иконы «Успение» и «Умиление» были посланы и защитникам Пскова.

За пять месяцев враг более 30 раз штурмовал Псковский кремль, но города не взял. В память этого чудесного избавления печеряне каждый год в седьмую неделю по Пасхе ходили крестным ходом с иконой «Умиление» в Псков.

С 1997 года традиция крестного хода возобновлена, только теперь он проходит внутри обители – икону переносят из Успенского храма в Михайловский и обратно. Такой же крестный ход совершается 20 октября – в праздник Псково-Печерской иконы «Умиление».

«Умилением» назвали икону местные жители. Это не та икона «Умиление», перед которой молился преподобный Серафим Саровский.

Написана она в XVI веке с Владимирского образа, а в обитель принесена во время игуменства преподобномученика Корнилия.

Икона Успения с самого появления в монастыре известна своими чудесами, которые происходят и сегодня. Недавно исцелился от глазной болезни один высокопоставленный чиновник.

Богослужения

Сегодня в обители шесть храмов, не считая пещерного Воскресенского, где служба совершается только для братии: Успенский, Сретенский, во имя архистратига Михаила, во имя прпмч. Корнилия, Никольский и Покровский. Первая служба в монастыре начинается в Успенском храме: в 6 часов у мощей прпмч. Корнилия служится братский молебен, затем полунощница.

Преподобный Корнилий был здесь игуменом при царе Иване Грозном. В древней рукописи написано: в один из приездов царя игумен Корнилий вышел за монастырские ворота навстречу государю с крестом. Царь, заранее разгневанный на него, своей рукой отсек ему голову, но тут же раскаялся и, подняв тело, на своих руках понес в монастырь.

Дорожка, по которой царь нес тело к церкви Успения, названа «Кровавым путем».

В 7 утра – ранняя Литургия в Успенском соборе. Поздняя Литургия в монастыре начинается в 10 часов.

В субботу, воскресенье и понедельник она совершается в Михайловском храме, во вторник – в Корнилиевском, в среду – в Успенском (единственный день, когда ранняя служится в Сретенском), в четверг – в Никольском, в пятницу – в Покровском (а в холодное время – в Сретенском).

Во время Литургии во всех храмах идет исповедь, поэтому, даже приезжая сюда на один день, вы можете причаститься. Также с 10 до 18 часов ежедневно открыт Сретенский храм, в эти часы там всегда дежурит священник, которому можно задать свои вопросы.

Кровавыми дорогами с боями шагал молодой художник Иван Михайлович Воронов. На правом плече – винтовка, на левом – этюдник с красками. И так – от Москвы до Берлина.

Художник пришел с войны живым и невредимым. И не думал не гадал, что именно ему предстоит восстанавливать Печерскую обитель и вернуть в монастырь драгоценную ризницу. Вскоре Воронов принял монашеский сан и в течение десяти лет руководил работами по реставрации Троице-Сергиевой Лавры под Москвой.

Искусствовед С.

Ямщиков: “Меня часто спрашивали: почему такой красивый мужчина ушел в монастырь? Вот всюду разговаривают о том, что он был тяжело ранен, потерял возможность продолжения рода… И вот как-то сам он завел разговор на эту тему и сказал: “Савва, это все разговоры пустые! Просто война была такой чудовищной, такой страшной, что я дал себе слово, что если выживу, то уйду в монастырь, чтобы бороться против будущих войн”.

Однажды во время беседы с глазу на глаз патриарх Алексий I предложил отцу Алипию: “Псково-Печерский монастырь разрушается. Бери его в свои руки”. Так бывшего художника назначили настоятелем Псково-Печерского монастыря.

И уже весной 1960 года в монастыре начались горячие дни. Осыпающиеся крепостные стены и башни были убраны в леса. Мастера готовили раствор и известковую плитку для восстановления утраченных фрагментов монастырских крепостных сооружений. На строительных лесах вместе с мастерами можно было увидеть самого игумена Алипия с мастерком в руках.

Об отце Алипии помнят не только в Псково-Печерском монастыре и Троице-Сергиевой Лавре. Художник по образованию, он всю свою жизнь был еще и страстным собирателем живописи, произведений искусства.

Сейчас, спустя десятилетия, мы можем смело назвать отца Алипия Печорским Третьяковым – не только за его собрание картин и шедевров декоративно-прикладного искусства, но и за щедрый дар музеям России. Собранная коллекция замечательной живописи и графики стала делом его жизни.

Она была разделена между тремя музеями – Государственным Русским музеем, Псковским музеем-заповедником и Печорским краеведческим музеем.

Сложным, многомерным человеком был отец Алипий. Он умер 12 марта 1975 года на Сырной седмице, о чем в Псково-Печерском монастыре известили ударами большого колокола. Шестьдесят один год жития земного, из которых 25 лет составило житие монашеское, были удостоены и радостями духовными, и великими печалями.

{lang: 'ru'}

Источник: http://xn--24-6kcapm6bnz4c.xn--p1ai/bez-rubriki/pskovo-pecherskij-monastyr.html

Ссылка на основную публикацию